Страница 248 из 379
Господь обѣщаетъ взыскать дажесо звѣрей за пролитую кровь человѣка: Онъ ли не взыщетъ за кровь человѣка, вопіющую объ отмщеніи? Вси бо прі- емшіи ножъ, ножемъ погибнутъ: какъ часто это сбывается!
Только самые неразвитые народы или самые низкіе и порочные люди не заботятся о погибающемъ, если эта гибель не причиняетъ имъ самимъ вреда.
Шестая заповѣдь на ряду съ отеческимъ отношеніемъ Бога къ людямъ устанавливаетъ братство человѣка. Главнымъ образомъ она запрещаетъ своевольное
отнятіе человѣческой жизни. Царствія Божія не наслѣдуетъ убійца, если не покается истиннымъ христіанскимъ покаяніемъ.
б) Излишне говорить о поединкахъ: ихъ безсмысленность и грѣховность ясны теперь каждому христіанину. Полное непониманіе духа христіанской любви и извращенное понятіе о чести и способахъ ее возстановить—вотъ печальная почва поединковъ..
в) Что смыслъ шестой заповѣди запрещаетъ самоубійство — очевидно, и даже лучшіе изъ язычниковъ понимали, что законъ вѣчнаго Господа былъ противъ самоубійства. Но это отчаяніе безвѣрія, это отреченіе отъ единственнаго и священнаго Божія дара, это дерзновенное вступленіе за рубежъ земной жизни есть явленіе крайне печальное. Вѣра въ Бога—живая и крѣпкая—и въ загробную жизнь ботъ средства противъ самоубійства. Прежде самоубійство было явленіемъ крайне рѣдкимъ. Въ теченіе четырехъ тысячелѣтій исторіи ветхаго завѣта упоминается лишь о трехъ самоубійствахъ.
г) ненависть есть одинъ изъ весьма распространенныхъ видовъ убійства. Припомните только слова св. ап. Іоанна: „всякій, ненавидящій брата своего, есть человѣкоубійца1* (Іоан. 3,15)*,или вспомните о словахъ I. Христа: „вы слышали, что сказано древнимъ: не убивай... А Я говорю вамъ, что всякій гнѣвающійся на брата—подлежитъ суду1Lt (Матѳ. 5, 21 и 22).
Самый даже языкъ является вѣскимъ свидѣтелемъ распространенности этогопреступленія, такъ какъ существуетъ чрезвычайное разнообразіе словъ, обозначающихъ дурныя страсти, которыя являются зачатками преступленія и убійства.
Злость, ярость, гнѣвъ, изступленіе, легкомысліе, месть, ссоры, сварливость, соперничество, упрямство, злорадство, враждебность, злопамятность, ненависть, недоброжелательность, непріязнь, зависть, ревность, крамола, досада, строптивость, нетерпимость, желчность, презрѣніе, отвращеніе, омерзѣ- ніе, человѣконенавистничество — всѣ эти и подобныя имъ обозначенія, составляющія прискорбный перечень проявленій ненависти, указываютъ на то ужасное разнообразіе видовъ, которые принимаетъ на себя это огромное и
508 Мѣ с я ц ъ ноябрь.
многоголовое чудовище. Они всѣ — виды раздраженнаго себялюбія. Какъ часто наблюдали мы ихъ и какъ часто страдали отъ нихъ!
Но кто же изъ насъ вполнѣ свободенъ отъ того или другого вида этихъ смертныхъ грѣховъ, столь обычныхъ и столь живучихъ?
Какъ многіе, напр., муть не гордятся тѣмъ, что они легко раздражаются. Они думаютъ, что это указываетъ на величіе ихъ духа, между тѣмъ какъ это обнаруживаетъ лишь ихъ гордость и несдержанность.
Какъ часто отравлялась жизнь злобнымъ письмомъ, и согласіе и золотое спокойствіе изгонялись изъ семей однимъ необдуманнымъ словомъ! Какъ правъ былъ премудрый Соломонъ, говоря: „гнѣвъ гнѣздится въ сердцѣ глупыхъсс. Это то, что мы называемъ „лелѣять злобу*.
Какъ часто приходится слышать такія рѣчи: „я ему отплачу“; „я стану ему на "дорогѣ^;. „я еще не расплатился съ нимъц*, „я отплачу ему тою же моне- тою“. Иногда это кончается слабой досадой, но иногда оно обращается въ злобную месть, дѣлающую изъ людей жестокихъ безумцевъ Но смыслъ этой заповѣди говоритъ: „не мсти за себя и не давай мѣста гнѣву „Дѣлай добро ненавидящимъ тебя“. Вотъ возвышенное ученіе евангелія!
Передъ нами примѣръ Божественнаго Учителя нашего и Спасителя: будучи оскорбляемъ, Онъ не отвѣчалъ на оскорбленія-, будучи преслѣдуемъ, Онъ не грозилъ, но предалъ Себя волѣ Того, Кто судитъ праведно. Какъ хорошо всѣ мы знаемъ эти истины и какъ часто уклоняемся отъ нихъ лукавымъ самообманываніемъ нашихъ сердецъ!
Не показываетъ ли намъ притча о немилосердомъ заимодавцѣ (Матѳ. 18,
21—35), что непрощающему не простится, и не предостерегаетъ ли она насъ, чтобы мы не душили своего раба должника, требуя отъ него долгъ?
Къ этимъ недостаткамъ близка и дурная страсть зависти. Мелочные люди съ легко раздражаемой гордостью не могутъ выносить, если кого предпочитаютъ имъ, или кто-нибудь превосходитъ ихъ.
Когда человѣкъ хотя на милліонную часть вершка возвышается надъ равными себѣ, то сколько нападокъ приходится ему выносить; его стараются принизить, употребить во зло его довѣріе.
И если какой злобный клеветникъ, чтобы уронить его достоинство, распространитъ про него язвительную насмѣшку,—то его имя начинаетъ чаще упоминаться, и двадцать устъ съ ядовитой радостью разносятъ эту насмѣшку!
И эта зависть переходитъ въ нена вистъ, злобу, человѣконенавистниче ство Но всѣ эти чувства, какъ ска залъ I. Христосъ, равносильны убійству. Они приводятъ человѣка къ заслуженному имъ самимъ несчастію, какъ наказанію Бога. Они охватываютъ и опутываютъ душу, и наполняютъ ее страданіемъ и тоской.
Зависть—это нѣчто въ родѣ адскаго огня, который, какъ и подземные огни, нельзя потушить.
д) Соблазнъ ко грѣху—есть также величайшее преступленіе противъ шестой заповѣди, ибо чрезъ него можетъ быть погублена душа для вѣчной жизни.
На страницахъ многихъ изданій людей невѣрующихъ I. Христосъ снова распинается, и Его печальное лицо взираетъ съ креста на то же самое и йпустя почти двѣ тысячи лѣтъ послѣ Его страданій.
Какъ много, братія, изъ насъ такихъ, которые, не давая себѣ отчета въ своихъ словахъ, совершали грѣхъ.
Ставить камни преткновенія на пути неопытнаго, — соблазнять слабаго на путь нечестія или порока, — быть для другихъ искусителемъ, — смущать души, ради которыхъ Спаситель принялъ смерть—вотъ гибельнѣйшія преступленія для человѣка!
Кто даетъ вредную книгу младшему и слабѣйшему,—книгу, которая въ десять минутъ погубитъ его; кто для своего товарища, котораго онъ называетъ своимъ другомъ, является путеводителемъ къ грѣху; кто первый бросаетъ сѣмена ада въ душу одного изъ меньшихъ братьетъ Христа; кто ведетъ другого на самый край пропасти, уча его лгать или предаваться азартной игрѣ, или пьянству, или разрушать лучшіе задатки его природы, можетъ быть въ глазахъ Бога хуже убійцъ, которыхъ вѣщаютъ за преступленіе. (См. Дух. нравств. бесѣды Фар—а).
Всѣ заповѣди Бога связаны одна съ другой. Нарушая одну изъ нихъ, часто нарушаютъ ихъ всѣ. Не одинъ
Мѣ с я ц ъ ноябрь. 509
лжецъ, но и пріобрѣвшій свое богатство, запятнанное убійствомъ чьего- либо добраго имени, или соблазнитель, вращающійся иногда даже въ высшихъ кругахъ общества—предъ глазами Бога убійца. Воздаяніе Господа за убійство не пройдетъ мимо него.
е) Всякое себялюбивое, преступное, при- тѣсняющее другихъ занятіе предъ глазами Бога — убійство. Оно можетъ сдѣлать милліонеромъ или вельможей, но какъ истинно то, что Богъ все зданіе общественнаго строя основываетъ на краеугольномъ камнѣ христіанской любви, такъ истинно и то, что духъ Каина пребываетъ въ тѣхъ, кто процвѣтаетъ на счетъ бѣдствій своихъ братьевъ- людей.
По древнимъ законамъ левитовъ, если волъ, извѣстный своею бодливостью, бросался кого забодать, то собственника вола предавали смерти.
ж) Брат.-христіане! не забудемъ напомнить вамъ, что даже холодное равнодушіе и безучастность къ бѣдствію людей заключаетъ въ себѣ родъ убійства. Священникъ и левитъ были тѣми же убійцами для несчастнаго израненнаго собрата человѣка, о которомъ говорится въ извѣстной евангельской притчѣ, котораго они оставили лежать на дорогѣ, какъ будто бы онъ ихъ не касался, и все это лишь потому, что они придерживались разныхъ обрядностей и не
Ч е т в е р т
Преподобн. Іоанникій Великій.
(Грѣхъ зависти).
I. Преподобный Іоанникій, память коего совершается нынѣ, жилъ во 2-й половинѣ IX вѣка по Р. Христовѣ въ Греціи и первое время провелъ на царской службѣ въ воинскомъ званіи. Онъ былъ сначала зараженъ ересію иконоборческою, но обличенный однимъ прозорливымъ инокомъ, жившимъ на Олимпійской горѣ, оставилъ ересь и всю суету міра, удалился на эту гору и здѣсь неослабною борьбою съ своими страстями, неусыпными трудами, бдѣніемъ и молитвою достигъ святости и прославился какъ великій подвижникъ и чудотворецъ. Много народу приходило къ святому подвижнику для назиданія и испрошенія у
сходились во взглядахъ на жертвоприношенія.