Страница 53 из 59
Лицо ваше сделалось светлее солнца, и у меня глаза ломит от боли. Отец Серафим сказал: - Не устрашайтесь, ваше боголюбие, и вы теперь сами так же светлы стали, как я сам. Вы сами теперь в полноте Духа Божиего, иначе вам нельзя было бы и меня таким видеть... Это благодать Божия благоволила утешить сокрушенное сердце ваше... Смотрите просто и не убойтесь - Господь с нами!.. Что же чувствуете вы теперь?
Мотовилов ответил: - Чувствую я такую тишину и мир в душе моей, что никакими словами выразить невозможно... необыкновенную сладость... необыкновенную радость во всем моем сердце... теплоту необыкновенную! - Как, батюшка, теплоту? Да ведь мы в лесу сидим. Теперь зима на дворе, и под ногами снег и на вас больше вершка снегу... Какая же может быть тут теплота? - А такая, как бывает в бане... - И запах такой же, как из бани?
- Нет, на земле нет ничего подобного этому благоуханию. Тогда преподобный Серафим сказал Мотовилову с улыбкой: - И сам я, батюшка, знаю это точно так же, как и вы, да нарочно спрашиваю у вас - так ли вы чувствуете?.. Ведь ни на вас, ни на мне снег не тает и над нами тоже - стало быть, теплота эта не в воздухе, а в нас самих. Так Серафим Саровский явил Мотовилову благодать Духа Святого, которая ощущалась ими обоими как неизреченный свет, необыкновенная тишина и мир, сладость и радость, благоухание и теплота.
Мистический опыт в наше время Некоторые думают, что мистический опыт был уделом святых древности, а в наше время такой опыт стал недоступен. Это глубокое заблуждение. На самом деле ни в какую эпоху нет препятствий для того, чтобы человек познал близость Бога к своей душе и удостоился особого благодатного чувства божественного присутствия.
Об этом свидетельствует опыт наших современников. Архимандрит Софроний (1896-1993) был учеником преподобного Силуана Афонского (1866-1938), одного из последних по времени канонизированных русских святых. Отец Софроний написал книгу "Старец Силуан", в которой рассказал о духовном пути и мистическом опыте своего учителя. В другой книге, под названием "Видеть Бога как Он есть", отец Софроний описал свой собственный мистический опыт.
В частности, отец Софроний говорит о божественном свете, который являлся ему, подобно тому, как он прежде являлся апостолам на Фаворе, апостолу Павлу и преподобному Симеону Новому Богослову: ...Когда я поверил в Божество Христа до полной несомненности, тогда меня осиял Свет не от мира сего... Сначала я поверил живою верою, затем мне явился Свет.
Не то же ли было с апостолами Петром, Иаковом и Иоанном?.. Так же и Павел носил духовно в сердце своем Христа, Которого гнал; и потому явился ему Свет Божества в силе. И дерзаю сказать, что видение Несозданного Света связано неразрывно с верою в Божество Христа... В едином Свете являются и Христос, и Святой Дух. Сей Свет свидетельствует о Божестве Христа, потому что нельзя не узнать Бога в том Свете, о котором идет речь. Неописуемы его действия.
В нем вечность; в нем невыразимая благость любви. В нем видит дух наш необъятные горизонты... Приходит святой Свет при молитве глубокого покаяния за себя; а также при молитве с любящим состраданием за обижающих нас: вдруг любовь сливается со Светом, и Свет проникает в душу... Свет сей святой, являясь в силе, приносит смиренную любовь, изгоняет всякое сомнение и страх...
Иногда Божественный Свет созерцается таким образом, что человек уже ничего физического не воспринимает. Во время молитвы дух его вступает в сферу умного Света, и вместе с потерей окружающего его вещественного мира теряет он и ощущение своего тела. Восхищается дух в это видение с такою нежностью, что он не может дать отчета в том, что с ним происходит.
Не может он после сказать, был ли он в теле или вне тела... Явления Несозданного Света менее редки, чем некоторые думают. В покаянном порыве многие аскеты удостоились сего дара... Жизнь другого нашего современника, митрополита Сурожского Антония (род. 1914), свидетельствует о том, что опыт апостола Павла, который встретил Христа на пути в Дамаск, может повторяться в наше время.
Владыка Антоний в детстве был неверующим и то, что он слышал о Христе, не вызывало у него никаких симпатий к христианству. Однажды он решил прочитать Евангелие, но, чтобы не тратить много времени, выбрал из четырех Евангелий самое короткое и принялся читать. Пока я читал Евангелие от Марка, - рассказывает он сам, - между первой главой и началом третьей вдруг я ощутил, что по ту сторону стола, пред которым я сижу, Кто-то стоит невидимо, но абсолютно ощутимо.
Подняв глаза, я ничего не увидел, ничего не слыхал, никаких чувственных ощущений у меня не было, но была абсолютная уверенность, что стоит по ту сторону стола Иисус Христос... С этого начался для меня целый переворот... Я почувствовал, что никакой иной задачи не может быть в жизни, кроме как поделиться с другими той преображающей жизнь радостью, которая открылась мне в познании Бога и Христа.
И тогда, еще подростком, вовремя и не вовремя, на школьной скамье, в метро, в детских лагерях я стал говорить о Христе, каким Он мне открылся: как жизнь, как радость, как смысл, как нечто настолько новое, что оно обновляло все... Я мог бы сказать вместе с апостолом Павлом: "горе мне, если не благовествую" (1 Кор. 9:16). Горе, потому что не делиться этим чудом было бы преступлением перед Богом, это чудо свершившим, и перед людьми, которые по всей земле сейчас жаждут живого слова о Боге, о человеке, о жизни...
Митрополит Антоний впоследствии стал священником, епископом, настоятелем кафедрального Собора в Лондоне, главой английской епархии Русской Православной Церкви, одним из самых известных в мире православных проповедников. Но обращение его от неверия к вере произошло благодаря мистическому опыту живой встречи с Христом. Эта встреча стала для него поворотным пунктом: он был призван Богом к служению Ему, как некогда был призван пророк Исаия, апостол Павел и многие другие люди, которые на своем пути встретили Бога лицом к лицу.
Я рассказал вам об отце Софронии и митрополите Антонии не только потому, что это наши современники, но еще и потому, что и того и другого мне довелось знать лично. Отец Софроний умер в 1993 году, в возрасте 96 лет. А митрополит Антоний жив и здравствует, продолжая управлять епархией в Великобритании. Это люди очень разные, в чем-то даже противоположные друг другу: отец Софроний был проповедником созерцательной жизни, а митрополит Антоний - великий представитель "деятельного христианства".
Но оба обладают глубоким мистическим опытом, и у обоих можно многому научиться. Книги их сейчас доступны, и я советую каждому из вас познакомиться с ними. Молитва и мистический опыт Как видно из жизни Максима Капсокаливита, Симеона Нового Богослова, Сергия Радонежского и других упомянутых святых, а также из опыта наших современников, мистические встречи с Богом и озарение божественным светом чаще всего происходят во время молитвы, во время церковной службы или во время чтения Священного Писания.
Молитва представляет собой самый прямой путь к мистическому опыту. Это не означает, что всякий раз, когда мы становимся на молитву, нас должен осиять божественный свет. Человеку не следует стремиться к подобного рода видениям и ждать их, потому что, если они и приходят, то всегда неожиданно. Однако на молитве нужно стремиться к тому, чтобы проникнуться живым чувством присутствия Бога.
Для этого нужно молиться внимательно, сосредоточенно, неспешно, повторяя каждое слово молитвы до тех пор, пока оно не дойдет до самой глубины сердца. Такая внимательная и сосредоточенная молитва рождает в человеке состояние умиления, когда на глазах невольно появляются слезы, а сердце становится мягким, как воск. Это и есть тот момент, когда Бог таинственным образом прикасается к душе человека.
В известном стихотворении "Молитва" Лермонтов говорит о "благодатной силе", благодаря которой "и верится, и плачется, и так легко-легко". Сила, содержащаяся в молитве и заставляющая человека плакать от умиления, есть сила благодати Божией, посещающей сердце молящегося. Речь идет не о чем другом, как о мистической встрече сердца человеческого с Богом.
В основе этой встречи лежит тот же опыт, что был у апостола Павла и преподобного Симеона Нового Богослова, только в более прикровенной форме. Этот опыт трудно поддается словесному выражению, однако является основополагающей реальностью истинно религиозной жизни. Он может быть доступен каждому из нас, если мы научимся сосредоточенно и внимательно молиться, если будем исполнять заповеди Христа и жить достойно звания христианина.