Игумен N

«Увидев его еще издалека, я понял, что он находится под бесовским воздействием.

— Я пришел, чтобы ты мне помог, — сказал он мне, — помолись за меня, потому что я уже долгое время мучаюсь страшными головными болями, и врачи ничего не находят.

— В тебе бес, — ответил я ему. — Он вошел в тебя, потому что ты дал дьяволу права над собой.

— Да нет, ничего я такого не сделал, — стал он уверять меня.

— Ничего “такого” не сделал? — говорю. — А о том, как ты обманул ту девушку, что, забыл? Ну так вот, она пошла к колдуну и навела на тебя порчу. Теперь иди и проси у обманутой девушки прощения, потом поисповедуйся… Но если ты не поймешь, не осознаешь своего греха и не покаешься в нем, то даже если все духовники со всего мира соберутся и будут молиться за тебя, бес все равно из тебя не выйдет»40.

2. Вторая «составляющая» — злая воля колдуна (экстрасенса), желающего нанести вред человеку с помощью демонов, которым он дает соответствующие приказания, произнося необходимые заклинания и совершая определенные ритуальные действия. Они могут делать это потому, что Творец никогда не лишает людей или ангелов, даже злых, свободы волеизъявления, хотя в некоторых случаях и ограничивает ее.

3. А третьим, и самым главным, фактором является Божий Промысл, допускающий указанное воздействие для наказания и вразумления грешников (ради их исправления), — с одной стороны, а с другой — для удержания человека от еще худших поступков или чрезмерной гордыни. Лишь христианским подвижникам, как уже говорилось выше, попускает Господь быть искушаемыми от злых людей и бесов для приобретения духовного опыта, необходимого не только самим подвижникам, но и тем, кто придет к ним за советом, а также для закалки в духовной борьбе и для получения победных венцов.

ПОРЧА И СОВРЕМЕННОЕ

СОСТОЯНИЕ ОБЩЕСТВА

В настоящее время проблема порчи стоит острее, чем когда-либо, по той причине, что современное постхристианское российское общество кардинальным образом отличается от того народа, каким был православный народ России до февральской революции 1917 года. Тогда даже в тех слоях общества (разночинная интеллигенция и некоторая часть дворян), которые еще задолго до революции утратили христианскую веру, сохранялся православный уклад жизни, который и хранил этих людей от бесовселения, то есть от порчи.

Чтобы его понять, попробуем выявить основные черты этого уклада. Подавляющее большинство русских людей рождались в верующих семьях, от родителей, которые старались жить по Заповедям Божиим (90% народонаселения России были крестьянами). Все браки были освящены церковным венчанием. Практически все девушки выходили замуж будучи девственницами, то есть не имели смертных грехов до брака.

Интересно, что такое положение в России сохранялось до начала 60-х годов ХХ века, о чем чуть раньше свидетельствовал немецкий врач-гинеколог, производивший осмотр девушек, увозимых на принудительные работы в Германию. Он писал Адольфу Гитлеру: «Россию победить невозможно, пока у этого народа такая нравственность: более 90 % обследованных мною лиц женского пола от 15 до 20 лет — девственницы»41.

Всех детей крестили вскоре после рождения, как правило, не позже 40-го дня. После Крещения всех младенцев причащали. За них (помимо родителей) молилось большое число родственников: бабушки, дедушки, дяди, тети, кузены, а также крестные родители, няни, горничные, друзья семьи и прочие. Во время учебы в церковноприходских школах, гимназиях и университетах детям преподавали Закон Божий, все они обязательно причащались как минимум один раз в году. Точно так же раз в году обязательно причащались все солдаты и офицеры православного исповедания, а так же государственные служащие.

В России практически не было семьи, в которой среди родственников не нашлось хотя бы одного праведника и молитвенника за весь род. Очень часто, причем даже в дворянских семьях, кто-либо из родни был либо монахом, либо игуменом, а то и архиереем. Даже в среде неверующей русской интеллигенции основные понятия нравственно допустимого и недопустимого, приличного и неприличного, жестокого и милосердного, доброго и злого были построены на общехристианских началах, базирующихся на Евангельских Заповедях. В таком обществе о порче можно было и не говорить — это были единичные случаи. В подавляющем большинстве люди в той или иной степени находились под защитой благодати Святого Духа.

Вспомнив все это, что можно сказать о духовном состоянии российского общества, большинство членов которого в течение 70-летнего «вавилонского плена» было вообще лишено христианской веры, церковных Таинств, знания истинного смысла жизни, высочайших нравственных заповедей христианства? Теперь уже четыре поколения потомков когда-то православных народов России родились и воспитаны в антирелигиозной атмосфере. Огромная часть советских людей не была даже крещена. Что могло защитить их от прямого бесовселения? Какая благодать могла быть у детей, зачатых до брака или вне брака, то есть в блуде? Что может сохранить детей, рожденных родителями-атеистами, души которых несут страшную тяжесть смертных грехов отречения от Христа, грехов прелюбодеяния и убийства (абортов)?

Однако есть немало и таких семей, на которых лежит бремя еще более страшных грехов предков-богоборцев. Это те люди, предки которых разрушали храмы, жгли иконы, оскверняли святыни, вели атеистическую пропаганду, работали в секретных отделах ЧК-НКВД, созданных специально для борьбы с Церковью. Это те люди, чьи предки были сексотами42 в этих «органах», жестоко обращались с заключенными в тюрьмах и лагерях, писали доносы, богохульствовали, участвовали в расстрелах «врагов Советской власти», в раскулачивании крестьян, в «продразверстках» и других репрессиях и карательных акциях против народов России.

Как показывают наши наблюдения, потомки этих людей — участников открытых акций богоборчества — страдают в значительно большей степени, чем потомки тех, кто был безразличен к вере и не боролся сознательно с Церковью. Среди потомков активных богоборцев значительно больше процент психических заболеваний, тяжелых наследственных болезней, ранних смертей, бесплодия. Эти роды пресекаются, как правило, уже в третьем или четвертом поколении, не оставляя потомства.

Но посмотрим теперь: чьими потомками является другая часть современного населения России. Напомню читателям, что новая антихристианская власть ставила перед собой задачу полного физического уничтожения всех наиболее ревностных христиан, а также всех тех, кто по той или иной причине мог бы быть не доволен новой властью. Таким образом, одной из главнейших задач этой власти было тщательно спланированное уничтожение генофонда православных народов России, то есть полное истребление лучших представителей этих народов. Они, эти лучшие, не должны были оставить потомства, а потому были обречены мировыми служителями зла на уничтожение.

По данным «АиФ» начала 1990-х годов, в нашей стране карательными акциями, тюрьмами и лагерями, а также искусственно вызванным голодом было уничтожено более 66 миллионов человек (не учитывая жертв 2-й Мировой войны). Кого же оставляли в живых? Оставляли чаще всего тех, кто молчаливо пресмыкался перед тиранией кровавого антихристианского режима, людей, равнодушных к вере и готовых из страха за свою жизнь написать донос на любого из ближних, даже на своего отца, оставляли трусов, лицемеров, конформистов. Таким образом, многие современные «россияне» — потомки именно этой, мягко говоря, не лучшей части русского народа.

Это не могло остаться без последствий для всего общества. И мы несем на себе печать повреждения и тяжесть духовных последствий грехов своих предков. Конечно, всем хорошо известно, что в Таинстве Крещения Бог очищает человека от грехов его родителей и прародителей. Действительно, на Суде Божием Создатель уже не помянет нам этих грехов. На нас остаются только последствия родительских грехов — как духовные, так и генетические. Но и это — немало! Духовные последствия — это незащищенность благодатью Божией («заработанная» грехами наших родителей), а генетические — это предрасположенность к порокам, например, к пьянству, закрепленная генетически43. Наша безблагодатность, конечно, не абсолютна, а относительна, тем более если сравнивать состояние наших душ, например, с уровнем нгомбо — шаманов из Центральной Африки. Но мы-то должны ориентироваться на тот уровень, каким обладают дети, родившиеся в глубоко верующих, благочестивых православных семьях. Опыт показывает, что мы значительно слабее защищены от воздействия на душу и тело со стороны демонов, чем дети благочестивых родителей, которые передали своим детям и благодатность, и предрасположенность к добродетелям. Вот в чем заключена причина открытости наших современников для воздействия демонов, а следовательно, причина подверженности порче и повышенная гипнабельность.