Страница 14 из 17
Это подводит меня к очень важному пункту Вашей интерпретации учения богоносного отца, почти нашего современника, преподобного Серафима Саровского, содержащегося в его знаменитой "Беседе с Мотовиловым". Преподобный Серафим - мой святой покровитель, и именно наше Свято-Германовское братство впервые опубликовало полный текст этой "Беседы" на русском языке, на котором она велась (
так как дореволюционное издание было неполное), а также другие его подлинные слова, которые до того не были опубликованы. Так что можете быть уверены, что мы не считаем, что он ложно учил о природе человека, противореча другим святым отцам. Но исследуем, что говорит сам преподобный. Преподобный Серафим говорит, как Вы правильно приводите: "Вот, например, многие толкуют, что, когда в Библии говорится - "вдунул Бог дыхание жизни в лице Адама" первозданного и созданного Им от персти земной, - что будто бы это значило, что в Адаме до этого не было души и духа человеческого, а была будто бы лишь плоть одна, созданная от персти земной.
Неверно это толкование, ибо Господь Бог создал Адама от персти земной в том составе, как, батюшка, святый апостол Павел утверждает: "Да будет всесовершен ваш дух, душа и плоть в пришествие Господа нашего Иисуса Христа". И все три сии части нашего естества созданы были от персти земной, и Адам не мертвым был создан, но действующим животным существом, подобно другим живущим на земле одушевленным Божиим созданиям.
Но вот в чем сила, что, если бы Господь Бог не вдунул потом в лице его сего дыхания жизни, то есть благодати Господа Бога Духа Святого,.. Адам, как ни был он совершенно превосходно создан над прочими Божиими созданиями, как венец творения на земле, все-таки пребыл бы неимущим внутрь себя Духа Святого, возводящего его в Богоподобное достоинство, и был бы подобен всем прочим созданиям, хотя и имеющим плоть, и душу, и дух, принадлежащие каждому по роду их, но Духа Святаго внутрь себя неимущим.
Когда же вдунул Господь в лице Адамово дыхание жизни, тогда-то, по выражению Моисееву, и "Адам бысть в душу живу", то есть совершенно во всем Богу подобную и такую, как и Он, на веки веков бессмертную". Эту святоотеческую мысль Вы приводите, так как считаете ее способной поддержать Ваше мнение о том, что человек был сначала зверем, а затем (позже по времени) получил образ Божий и стал человеком.
И впрямь Вы должны в это веровать, если Вы принимаете теорию эволюции, и я рад, что у Вас достаточно смелости, чтобы открыто выразить то, во что верят все "православные эволюционисты", хотя они зачастую и скрывают это из опасения обидеть других православных, которые, по их мнению, весьма наивны, так как в своей "простоте" отказываются верить, что человек в действительности "произошел от обезьяны" или обезьяноподобного существа. Здесь вспомним слова св.
Григория Паламы, которые я уже приводил: "Если один из отцов говорит то же, что внешние, это согласие только словесное, а мысли совершенно различные. Первые, по Павлу, имеют "ум Христов" (1 Kop.2,16), а вторые выражают в лучшем случае человеческое разумение... Какой человек в здравом уме и принадлежащий к Церкви может из этого вывести, что их учение от Бога?" (В защиту святых исихастов, Триада 1,11).
Собственно, я должен Вам сказать, что Вы совершенно не поняли учения преподобного Серафима, который вовсе не учит тому, чему учит эволюционное учение. Это я Вам могу показать, цитируя как ясное учение других святых отцов, так и самого св.Серафима. Но вначале я должен объяснить то, что рационалисту может показаться "противоречием" между учением преподобного Серафима и таковым других отцов.
Во-первых, нам следует уяснить себе, что, когда преподобный Серафим говорит о человеке как состоящем из "духа, души и тела", он не противоречит другим святым отцам, которые говорят о природе человека как просто о "душе и теле"; он лишь проводит различие между разными аспектами души и говорит о них по-отдельности, как и многие святые отцы.
Во-вторых, когда он говорит, что "дыхание жизни", которое Бог вдунул в лицо Адама, является благодатью Святого Духа, он не противоречит многим святым отцам, которые учат, что "дыхание жизни" - это душа, но только он дает, вероятно, более глубокое и точное истолкование этого места из Священного Писания. Но проводит ли он на самом деле рационалистическое различение, которое Вы проводите между природой человека, существовавшей "до" этого вдуновения, и благодатью, которая была сообщена им?
Принимает ли православное богословие то строгое деление (дихотомию), которое римо-католическое учение проводит между "натурой" и "благодатью", как будто бы люди знают все, что требуется знать, об этих двух великих тайнах? Нет, православное богословие не знает такой строгой дихотомии, и потому-то рационалистические ученые находят столько "противоречий" между разными православными отцами по этому предмету, что прояснится одним лишь примером: принадлежит ли бессмертие человеческой душе по природе или по благодати?
Различные православные отцы, обладающие равным авторитетом, отвечают на этот вопрос по-разному, не потому, что они по-разному учат о человеке и тем "противоречат" один другому, а вследствие разного подхода к вопросу. Те, кто подходят к вопросу о природе человека больше со стороны нынешней падшей человеческой природы, говорят, что душа человека бессмертна и по благодати; а те отцы (особенно аскеты и мистики)
, которые начинают с рассмотрения природы человека, как она была в начале, рассматривают душу скорее как бессмертную по природе. Может даже случиться, что один и тот же отец подходит к данному вопросу то с одной, то с другой стороны, как это делает св.Григорий Нисский, когда в одном месте говорит (Ответ Евномию, Книга вторая): "То, что рассуждает, и что смертно, и способно мыслить и ведать, называется человеком"; а в другом месте он говорит: "Человек в первом своем происхождении не соединил с самой сущностью своей природы склонность к страстям и к смерти" (О девстве, гл.IX).
Противоречит ли этот великий отец себе? Конечно, нет. Что принадлежит первозданному Адаму по природе, а что по благодати? Не будем проводить ложных рационалистических различений, а признаемся, что мы не вполне понимаем эту тайну. И природа, и благодать от Бога. Природа первозданного Адама была столь возвышенной, что мы можем иметь лишь слабое представление о ней из нашего собственного опыта благодати, данной нам через Второго Адама, Господа нашего Иисуса Христа; но состояние Адама было также выше, чем все, что мы можем представить даже из нашего собственного благодатного опыта, ибо его высокая природа была еще усовершена благодатью; и он был, как говорит преподобный Серафим, "совершенно во всем Богу подобен и, как и Он, на веки веков бессмертен".
Что абсолютно ясно, и что нам достаточно знать: сотворение человека, - его духа, души и тела, и [сообщение ему] божественной благодати, сделавшей его природу совершенной, - это один акт творения, и оно не может быть искусственно разделено, как будто одна часть его явилась "первой", а другая "позже". Бог создал человека в благодати, но ни Священное Писание, ни святые отцы не учат нас, что эта благодать явилась позже по времени, чем сотворение природы человека.
Последнее учение принадлежит средневековой латинской схоластике, как я покажу ниже. Преподобный Серафим только представляется исповедующим это учение, потому что он говорит в терминах простого повествования Книги Бытия. Но вполне очевидно, как говорит св.Григорий Палама, что "согласие только словесное, а мысли разные". Чтобы убедиться в этом, следует лишь рассмотреть, как святые отцы учат нас истолковывать священное повествование Книги Бытия в этом пункте.
К счастью, этот самый вопрос ставился святыми отцами, и они на него отвечали. Этот ответ суммировал для нас святой Иоанн Дамаскин: "Бог своими руками творит человека и из видимой, и невидимой природы как по Своему образу, так и подобию: тело образовав из земли, душу же, одаренную разумом и умом, дав ему посредством Своего вдуновения, что именно, конечно, мы и называем божественным образом...
Далее, тело и душа сотворены в одно время; а не так, как пустословил Ориген, что одно прежде, а другое после" (Точное изложение Православной веры, кн.II, гл.12). Хотя св.Иоанн Дамаскин говорит о вдуновении Божьем как о душе, он не учит иначе, чем преподобный Серафим, который говорит об этом вдуновении как о благодати Святого Духа. Святой Иоанн Дамаскин вообще едва ли говорит о благодати в создании человека, ибо она понимается как присутствующая во всем процессе творения, прежде всего в сотворении образа Божия, души, которая, как он учит, является частью нашей природы. Св.