Иеромонах Исаак

Подобное происходило и в случаях, когда беседу со Старцем хотели записать на магнитофон. То заклинивало кассету, то магнитофон переставал записывать, то на записи было все что угодно – голоса третьих лиц, пение птиц, шумы – кроме голоса самого Старца!

* * *

Свидетельство одного студента: «Однажды с однокурсниками я посетил Старца Паисия. Мы начали беседу, и Старец, догадавшись, что мы записываем ее на диктофоны, велел нам их выключить.

Мои товарищи выключили диктофоны, но я – поскольку мой диктофон был спрятан как следует – решил его не выключать. В какой то момент Старец вновь сказал: "Да выключите вы Свои магнитофоны!" – и добавил: "Да и хотя бы вы их не выключали – все равно они ничего не запишут".

Когда мы уходили от Старца, я выключил диктофон не сразу. Потом я стал слушать кассету и убедился, что и до беседы со Старцем, и после нее запись была нормальной, а беседа Старца с нами на кассету не записалась ».

* * *

Свидетельство господина Георгия Куркулиотиса: «Однажды к Старцу пришла группа студентов, один из которых принес с собой маленький магнитофон, чтобы записать беседу. Вдруг Старец повернулся к нему и сказал: "Та штука, которая спрятана у тебя в кармане, ничего не записала". Молодой человек похолодел. И действительно, на кассете не записалось ни одного слова».

Примирение с творением

Старцу Паисию была дана Благодать – подобно Адаму до его падения и многим Святым нашей Церкви – свободно обращаться с дикими зверями так, чтобы те ему не вредили. Дикие животные интуитивно чувствовали великую любовь Старца и чистоту, которую имел человек до падения. Известно, что если человек вновь восстановит в себе первородную и первозданную красоту, утраченную Божественную Благодать, то он станет владыкой твари и будет начальствовать над всеми птицами небесными, пресмыкающимися и зверями. Тогда происходит примирение с тварью. Святые Отцы так говорят о состоянии человека до грехопадения: «Если Бог пребывает в ком то, то ему подчиняется все – как Адаму, до преступления им заповеди Божией»235.

Старец говорил: «Если человек поставит себя на место другого, то потом он может возлюбить всех: и людей, и животных – даже самых диких. Он вмещает в себя все [творение], а сам выходит из себя ради любви.

Вот, например, я вижу дикое животное и думаю, что я тоже мог быть бы таким животным. Ведь Бог хозяин, и Он мог бы сотворить меня зверем. Если я поставил себя на место животного, я стану его любить и мне будет жаль даже змей. Подумайте: мне бы понравилось, если бы я, будучи змеей, выползал погреться на солнышке, а кто то подбегал бы ко мне и бил меня палкой, разбивал мне голову? Божественная любовь извещает о себе диких животных. Животное способно отличить человека, который его любит, от охотника, который хочет его убить. Человека, который его любит, оно не боится и приближается к нему. Раньше я думал, что такой интуицией обладают все дикие животные, кроме змей. Однако потом я убедился в том, что и змеи имеют точно такую же интуицию. Ее имеет даже гадюка – которая по сравнению с другими змеями как коза по сравнению с овцами».

Как то раз один диакон спросил Старца: «Геронда, я слышал, что у Вас есть змеи. Неужели это правда?» Старец ответил: «Да, дьякон, правда. Змеи живут у меня вот здесь, в сердце. Когда тебя рукоположат во священника и сделают духовником, приходи – и я тебе их покажу».

* * *

Житель города Коницы, господин Георгий Папа темистоклеус прислал следующее письменное свидетельство: «Когда Старец Паисий жил в монастыре Стомион, мы приходили туда почти каждые субботу и воскресенье, нас как будто тянула к нему необъяснимая сила. Там мы находили мир, рядом со Старцем умиротворялся наш дух и наша душа. Одновременно мы тоже старались помочь ему в разных работах. Однажды он послал меня в монастырскую кладовку за мотыгой и лопатой.

– Георгий, – сказал он мне, – ты там увидишь двух змеек. Не бойся: они неопасные.

Я зашел в кладовку, направился было к инструментам и вдруг увидел двух огромных полозов, которые тоже поползли в сторону, где стояли лопаты и мотыги. Я в ужасе попятился и был готов убежать. Вдруг сзади я почувствовал худую, но твердую руку Старца. Остановив меня, он мирным и тихим голосом "приказал" змеям: "А ну ка ползите в свой угол, не видите разве, что Георгий боится?"

Потом он пошел за мной, поняв, что змеи сильно меня напугали. Я обернулся, чтобы посмотреть на него, но он опустил глаза вниз.

В другой раз в монастырской кухне я услышал голос одного из школьных друзей Старца Паисия: "Ну дай же мне, отец Паисий, его подстрелить!" Я увидел, что этот человек поднимал ружье и целился, а Старец своим сладким и мирным голосом говорил ему: "Нет, Янис, ведь у него же крест на голове!" Я свесился из окна и увидел ничего не подозревающего зайца с черным крестиком на лбу, который сидел недалеко от монастыря.

Вообще зайцев он подзывал так, как мы зовем кошек, и они рядом с ним жить не боялись.

А этого зайца Старец поймал на монастырском огороде среди посадок фасоли. Вот тогда он и нарисовал ему на лбу крест и предупредил своего зятя (мужа своей сестры) Василия и других охотников, чтобы они были внимательны и его не подстрелили».

* * *

Однажды во двор монастыря Стомион забежали два медвежонка. Старец схватил их за загривки и сказал: «В другой раз внутрь монастыря не заходите. Если хотите, чтобы я вас покормил, идите к задней двери, которая ведет на кухню», – и он показал им, где эта дверь. Об этом случае послушнику монастыря Стомион Павлу рассказали два жителя Коницы.

* * *

Паломник с Кипра М. С. рассказывает: «Однажды в "Панагуду" пришла группа кипрских паломников. Старец сказал им, чтобы они сами взяли из коробки лукум. Как только они открыли крышку, они стали глядеть друг на друга в недоумении. В коробке с лукумом было полно Муравьев. Видимо, кто то из паломников плохо закрыл крышку, хотя Старец написал на крышке, чтобы ее закрывали плотно. Муравьев было так много, что лукума под ними даже не было видно, он казался черным.

Поняв, в чем дело, Старец взял из коробки кусочек лукума, отложил его в сторону и ласково, но в то же время серьезно и строго сказал муравьям: "Этот кусок ваш. Идите и ешьте его, а другие куски оставьте людям".

Мы в изумлении наблюдали, как муравьи, оказывая послушание Старцу, выползли из коробки, сползлись к "своему" лукуму и стали его есть».

* * *

Свидетельство насельника скита святой Анны монаха Алипия: «Я познакомился со Старцем, когда мне было пятнадцать лет. Благодатью Божией я стал монахом в монастыре Кутлумуш. Из монастыря я каждый день приходил к Старцу и встречался с ним. Я слышал, что он творит чудеса, и мне захотелось тоже увидеть какое то из его чудес. Этот помысел не оставлял меня целый месяц.

Однажды утром в начале ноября я пришел к нему в келью и застал его во дворе. Старец был один, он мыл руки в маленькой бочке. Он впустил меня во двор и велел подождать, потом достал из за бочки фольгу, в которую были завернуты крошки, развернул ее и поглядел на небо. Птиц вокруг не было. И вдруг их собралась целая стая! Откуда взялось столько птиц, ума не приложу! Одни садились ему на голову, другие на плечи, на руки, а он их кормил. Глядя на это, я не мог пошевелиться. Мое сердце билось в умилении, я смеялся от радости. Старец, улыбаясь, сказал птицам: "Летите к нему". Он говорил с ними, как с людьми. Помню, как он говорил одной птахе, которая сидела у него на руке: "Ну, лети же и к нему, лети, ведь он тоже наш человек".

Молитвенник о всем мире

Какое то время на калитке, которая вела во двор «Панагуды», висела табличка:

«Напишите, что вы хотите мне сказать, бросьте записку в ящик, и я больше помогу вам молитвой, чем многими разговорами. Так у меня будет время помочь и другим страдающим. Сюда я пришелрадимолитвы, анерадитого, чтобыизображатьизсебя учителя.

Монах Паисий».

Первое чувство было таким, что в этом месте скрыта некая духовная рация и монах, заключивший себя за ограду проволочной сетки, несет очень важное послушание: посылать сигналы Богу, то есть молиться. Даже из этой записки видно, какое значение придавал Старец молитве за мир. Он судил по конечному результату и видел, что молитва полезнее и результативнее, чем беседа с людьми и переписка с ним.