Страница 69 из 129
Рядом с благим и кротким ликом Христа нас изумляют та злоба и ожесточение, с которыми и архиереи, и книжники, и народ преследуют Праведника. Поражает то неистовство и безумие, с которыми толпа кричит Пилату: "Распни, распни Его!" Озлобленность иудеев была так велика, что привела в недоумение даже язычника Пилата.
Не найдя за Христом вины, Пилат пытается отпустить Его, пытается пробудить в иудеях уж если не сознание ими ошибки, то хотя бы простое человеческое сострадание к ни в чем не повинному человеку. Он умывает перед толпой руки в знак того, что неповинен в смерти Праведника. Но это вызывает еще большее озлобление, и толпа вопиет: "Кровь Его на нас и на чадех наших!" (Мф.27,25). Любвеобильный и кроткий Спаситель молча смотрит на это народное безумие. Скорбь в пречистых глазах Его... Не эти ли же люди так недавно следовали за Ним толпами, слушали Его учение, приносили к Нему своих больных, и Он исцелял их... Не эти ли люди за несколько дней перед сим встречали и провожали Его восторженными криками: "Осанна Сыну Давидову!"
Как эти люди могли забыть Его знамения и чудеса, Его высокое учение?
Пилат уступил требованиям народа. Господь Спаситель уже пригвожден ко Кресту. Раны от гвоздей причиняют боль и страдание. Кровь истекает из ран. На пречистом лице Его струйки крови. Это терновый венок ранил Его святую главу, и кровь сочится и из этих ранок. Человеческое сердце сжимается от боли при одном только взгляде на Распятого. Но не трогает эта картина ожесточенных сердец иудеев. Проходя мимо Голгофы, они продолжают хулить Бога и злобными насмешками увеличивают душевную боль распятого Христа. А безгрешный, невинный Страдалец кротко просит Своего Небесного Отца: "Отче, отпусти им, не ведят бо, что творят". Молит Господь Отца Своего за тех, кто предал Его на распятие... Молит за тех, кто распинал Его, исполняя повеление начальников, а сами, возможно, и действительно не знали, кого они распинают... Молился, имея в виду и нас с вами, дорогие мои, ибо и мы продолжаем распинать Его...
На протяжении нашей духовной сознательной жизни мы много раз слышали и читали в Святом Евангелии об этом жестоком и страшном преступлении человечества по отношению к Сыну Божию. Слышали и о величайшей любви и милосердии Спасителя к людям.
Всякий раз эта трагедия производит огромное впечатление на нашу душу. Вызывает сокрушение о наших грехах. Проверим себя, дорогие мои! Иудейский народ не знал истины. А мы ее знаем! Мы крещены и просвещены Духом Святым. От дней нашего детства мы хорошо знаем, что такое добро и что зло. И, зная это, мы часто сознательно идем по пути греха. Как же нам, дорогие, надо каяться в этом и молить Бога о прощении. Только слова нашей молитвы должны быть другими. Хоть и стыдно нам в этом признаться, но мы должны будем сказать: "Господи, мы знали, что делали плохо, знали и то, как надо поступить, и все же делали плохое и неугодное Тебе. Прости нам по неизреченной Твоей любви наши грехи! прости, что зная и понимая, по немощи естества нашего мы продолжаем распинать Тебя!" Взирая на изображение Креста Господня, мы должны со всей строгостью проверить себя, не подражаем ли мы в поведении иудеям, в те отдаленные времена отвергшим возвышенное учение Христа Спсаителя о любви ко всем людям и милосердии. Пусть каждый из нас проверит — носит ли он в себе любовь? Творит ли с искренним желанием дела милосердия? Не тяготится ли своим личным крестоношением, посылаемым каждому из нас Богом? Помните, дорогие мои, что звание христианина, которое мы все с вами носим, обязывает нас в подражание Христу безропотно и с радостью нести посланный нам Богом крест.
Мы искуплены величайшими крестными страданиями Христа Спасителя. Через Крещение мы вошли в Церковь Христову. Но, если мы не будем истинными христианами по жизни, это не даст нам права на вечную блаженную жизнь в Царстве Божием. И вот пусть Крест Христов перед которым мы совершаем ныне это великопостное моление, не только напомнит нам о событиях почти двухтысячелетней давности, но пусть вызовет в нас искреннее желание жить так, чтобы не наносить новых ран пострадавшему за нас Господу. И Господь, видя искренность нашего благого намерения, укрепит нас на этом пути всемощною Своею благодатию.
Мысленно падем ниц пред Крестом Спасителя и поклонимся Божественным ранам, которыми исцелен весь мир. И дай Бог нам выйти сегодня из храма с обновленными душами, с сердцами, полными любви, с твердым намерением жизнью своей подражать Христу Спасителю.
25 февраля (10 марта) 1985 года
Слово на пассии: гефсиманские страдания, отречение Петра, благоразумный разбойник
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
Евангельские чтения святой Четыредесятницы, и особенно служб, связанных с воспоминаниями о крестных страданиях нашего Господа и Спасителя, наполняют наши сердца благоговейным трепетом. Они говорят нам о страданиях и мучениях Невинного — за грешных, Чистого — за нечистых, Сына Божия — за падших людей.
В этих страданиях, в этой борьбе со злом проявилось такое недосягаемое духовное величие, такая сила и мощь нравственного характера, которыми могла обладать только Богочеловеческая природа Спасителя мира.
Мы слышали сейчас, дорогие мои, в евангельском чтении страшную повесть о страданиях Богочеловека. Знаем мы, до чего дошла и к чему привела злоба фарисеев.
Учение Христа Спасителя, Его святость, даже самый вид Господа под конец Его общественного служения роду человеческому сделались тягостными для книжников и фарисеев. Они уже не могли спокойно ни видеть, ни слышать Его. Не могли они спокойно видеть в среде своей образ величайшего Наставника в мудрости, Который на то и родился, на то и пришел в мир, дабы свидетельствовать истину.
Свидетельствовал Он ее всюду и перед всеми. Возвещал путь, ведущий в жизнь вечную, и в храмах, и на торжищах, среди городов и весей. Равно свидетельствовал пред римским прокуратором и пред женщиной-самарянкой, пред синедрионом и пред иерихонским слепцом. Пред мудрыми и пред людьми некнижными. Какие обетования жизни вечной не открыты были Им и не утверждены непоколебимо? Какие заповеди не преподал Он во всей силе?..
Все озарилось светом Его Божественного учения!
Глас истины, проповедуемой Господом Иисусом Христом при Его земной жизни, в устах Его был так силен, что сами враги Его должны были умолкать пред Ним и говорить: "...никогда человек не говорил так, как этот Человек" (Ин.7,46).
Христос Спаситель явил нам образ величайшего Праведника и Подвижника благочестия. Обращаясь к врагам Своим, Господь спрашивает: "Кто из вас обличит Меня в неправде?" (Ин.8,46). И никто не мог обличить Его ни в едином грехе.
Иудейские первосвященники и старейшины, движимые завистью и ненавистью к Иисусу Христу, постановили предать Его смерти. Послав вооруженных воинов, они взяли Христа, когда Он ночью молился в Гефсиманском саду, и привели на суд к Пилату.
Господь знал, что приблизилось время Его искупительных страданий. Его последние беседы с учениками направлены к тому, чтобы подготовить учеников к предстоящей разлуке и в некоторой степени объяснить необходимость принесения Им жертвы. "Истинно, истинно говорю вам, если пшеничное зерно, падши на землю... умрет, то принесет много плода..." Указывая на пшеничное зерно, умирающее в земле и приносящее много плода, Христос дает апостолам понять, что Ему предстоит умереть за людей, дабы даровать им плоды жизни вечной. Для этого Он и пришел на землю. И вот теперь наступило время исполниться всему этому. Предстояло Господу воспринять тяжкий Крест, и душа Его по-человечески страдала — томилась. Только сознание, что именно для этих тяжких страданий и для того, чтобы, умерев, даровать людям вечную жизнь, дало возможность Христу сохранять бодрость духа.
Мы видим, что в Гефсимании Христос несколько раз обращался к Своему Небесному Отцу: "Отче Мой! Если возможно, да минует Меня чаша сия...", показывая этим, что Он знает, какие страдания ожидают Его. И молится Он, как мы знаем, до кровавого пота.
Через некоторое время Он опять обращается к Богу: "Отче Мой! Если не может миновать Меня чаша сия, да будет воля Твоя..."
Мы обычно вспоминаем о страданиях Господа на Кресте, о Его телесных страданиях и мало обращаем внимания на Его душевные муки и борения. А ведь именно они показывают нам, как тяжел Крест Голгофский. Мы скорбим о том, что ученики Христа оставили Его одного на суде у Пилата и на Голгофе. Но они оставили Его еще гораздо раньше. Уже в Гефсимании Он был одинок. Он просил самых Своих близких Петра, Иакова и Иоанна — бодрствовать вместе с Ним и молиться Отцу Небесному. Но они спят... В Гефсимании Господь испытал борьбу двух чувств — любви и страха. Страх понуждает Его просить Отца отдалить Чашу страданий. А любовь к людям, ради спасения которых он пришел на землю, жаждет испить эту Чашу. В этой борьбе победила любовь. Та совершенная Божественная любовь, которая не знает страха. Благодаря этой любви, все дальнейшие страдания Христос принял, не проявляя уже никакого страха... с молитвой о других, а не скорбью о Себе.