Страница 36 из 70
«Православная Церковь, исполняя тяжкий долг осуждения не преминула воспользоваться и приятной частью повеления Божия: да даси благословение. Произнесши суд на людей, которые угрожали ей разрушением, радостно даст она благословение тем, которые данными от Провидения Божия средствами споспешествовали и споспешествуют ее укреплению, распространению, миру. Так при Торжестве Православия благословляет Церковь память Константина Великого, который первый из царей решительно прекратил враждебные отношения государственной власти к христианству и превратил в покровительственные, который заслужил наименование равноапостольного тем наипаче, что, созвав первый Вселенский Собор, доставил ему удобство поставить твердую опору Православию в никейском символе веры. Так благословляет Церковь Феодосия Великого, который с твердостью продолжал преобразование Римской империи языческой в христианскую и созванием второго Вселенского Собора споспешествовал Церкви довершить никейский и, должно сказать по справедливости, вселенский символ веры. Благословляет Православная Церковь и нашего великого князя Владимира, по истине Равноапостольного: ибо чрез него Россия сделалась государством христианским и православным.
Благословляет Православная Церковь и других благочестивейших государей российских, которым она так же справедливо признательна за их попечение о ее благе, как справедливо должны были они быть признательны ей за ее попечение о благе государства и народа».444
Поучительность и действенность его.
Торжество Православия, служа праведным судом для вразумления коснеющих в нераскаянии, для всех истинных членов Церкви весьма поучительно и утешительно как обновление и утверждение их в завете с триипостасным Богом и в искреннем союзе с Церковью. Во всенародных восклицаниях отлучения и благословения, ежегодно во дни Великого поста повторяемых в продолжение многих столетий, православные христиане слышат непререкаемое свидетельство Божественной и спасительной истины, хранимой Церковью, к которой они принадлежат, и вместе с этим свидетельством приемлют благословение Божие для неизменного хранения Православия. Торжество Православия для истинных чад Церкви назидательно и утешительно, и является выражением высокого благоговения потомков к священным преданиям православных своих предков. В особенности назидательно и утешительно для соблюдающих правила веры и благочестия – постящихся и кающихся: в этом торжестве благочестивые видят и слышат помощь подвигам своим и побуждение к продолжению их. При покаянии требуется вера, по Писанию: покайтеся и веруйте во Евангелие (Мк. 1, 15); так и при начале благочестивых подвигов поста и покаяния всенародно возвещается Церковью Православная вера, могущая соделать богоугодными наш пост и покаяние.
Торжество Православия, восстановив древнее почитание рукотворенных образов, содействует восстановлению в нас образа и подобия Божия подвигами веры, поста и покаяния.
Чин Православия сколько поучителен, столько и действен. Действенность благословения и отлучения, произносимых Церковью, заключается, по обетованию Божию, во всемогущей силе Слова Божия, которое, как говорит ап. Павел, есть живо и действенно, и острейше паче всякого меча обоюду остра, и проходящее даже до разделения души же и духа, членов же и мозгов, и судителъно помышлением и мыслем сердечным (Евр. 4, 12). Если благословение родителей служит невидимым залогом благополучия детей, тем более благословение матери Церкви бывает благодатным сокровенным источником успехов в делах наших и нашего благополучия. Св. Златоуст, изъясняя значение и силу анафемы, говорит:«Послушай: что говорит ап. Павел: аще кто не любит Господа Иисуса Христа, да будет проклят (??? ??????? – 1 Кор. 16, 22), т. е. да будут прерваны с тем связи, и сделается он чужд для всех. Как никто не смеет касаться без нужды руками или приближаться к дару, который посвящен Богу: так отлученного от Церкви отсекая от всех и как бы сколько можно более отдаляя, апостол в противоположном смысле называет именем отложенного445 дара (???????), и тем предуведомляет всякого, чтобы он со страхом удалялся и бежал прочь от такого человека. К дару никто не осмеливался приближаться из уважения: так с отлученным прерывали связи по другому противоположному чувству.
В обоих случаях одинаково прерываются связи, и предмет делается для людей чуждым. Но способ прерывания связей не одинаков; от одного оберегаются потому, что сие посвящено Богу; а от другого – потому, что отчуждено от Бога, отлучено от Церкви».446
«Анафема по смыслу церковного употребления есть отсечение преступника от тела Христовой Церкви. После сего отлученный уже не христианин, и бывает отчужден наследия всех благ, смертью Спасителя нам приобретенных (Мф. 18, 17).
Анафема есть строжайшее действие церковной власти, а менее строгое действие называют отлучением и запрещением, когда Церковь не предает явно грешника анафеме и не изгоняет его от стада Христова, но только смиряет его отлучением от общения с православными в общих молитвах, не велит входить в храмы Божий и на некое время запрещает ему Причастие св. Тайн.«Кратко рещи чрез анафему человек подобен есть убиенному, а отлучением или запрещением подобен есть за арест взятому».447
Вторая седмица Великого поста.
Вторую седмицу Великого поста Церковь называет седмицей светотворных постов и во время ее молит Господа преимущественно о благодатном освященш постящихся и кающихся.«Господи, направи ны пост повторяющия, освящение нам осияй и просвещение оправданий Твоих». Ибо благодать Божия и грехи наши очищает (Мк. 2, 1–12),448 и воссиявает верующим особенно во время поста, молитвы и иных подвигов, благочестия. Посему, повторяя побуждения к подвигам поста, молитвы, умиления и покаяния, Церковь во вторую седмицу Четыредесятницы воззывает и руководит нас из греховной тьмы, в которую ниспали мы и первым удалением от Бога, и вторично, как говорит Церковь, осквернением ризы божественного крещения и просвещения, среди многообразных обольщений мира, указывая нам на вожделенные плоды истинного благочестия – на благодатный свет и воссоединение с Богом, по примеру блудного сына, который с молитвой и раскаянием обратился к отцу своему и получил от него прощение грехов своих и новые дары благодати.449«Молитва и пост есть дивное оружие, – говорит Церковь. – Пост соделал Моисея Боговидцем, Илию – пламенным колесничником, Павла – чудным неботечником. Итак, будем поститься от злоб и на высоту бесстрастия восхитимся».
Как расслабленный, о котором упоминается в Евангелии, читаемом во вторую неделю Великого поста, будучи принесен к Господу, получил от Него прощение грехов и исцеление от болезни, так духовно расслабленного, с молитвой и покаянием притекающего к Господу, Он исцеляет и восстановляет силой благодати Своей.
Некоторые из священных песнопений, исполняемых ныне во вторую седмицу св. Четыредесятницы при богослужении, Церковь приняла от Иосифа и Феодора Студитов и Феофана никейского.
Для назидания и руководства постящихся к благодатному освящению и озарению, Церковь при богослужении во вторую седмицу Великого поста воспоминает св. причастников и защитников благодатного света. Так, на повечерии в первый воскресный день Четыредесятницы воспоминает пророков, которые от Святого Духа просвещаемы прорекли о новозаветной благодати (1 Пет. 1, 10).
В субботу на Литургии чтением Апостола Церковь внушает нам назидать друг друга и не ослабевать в начатом подвиге поста (Евр. 3, 12–16); а Евангелием благовествует об очищении прокаженного благодатным словом Господа (Мк. 1, 35–44).
В воскресный день второй седмицы св. Четыредесятницы с 14 века она празднует св. Григорию Паламе, архиепископу фессалоникийскому и чудотворцу, – защитнику Православного учения о Божественном свете. Синаксарь на этот день начинается стихами:
Света светлого проповедника ныне воистину велия:
Источник света к незаходимому водит свету.
Святитель Григорий, живший в 14 веке, родился в Константинополе от благородных и благочестивых родителей. 20–ти лет оставив мир, он принял иночество в одной из обителей афонских. Проводя жизнь весьма благочестивую, он сподобился откровений божественных и имел от Бога дары исцеления. Возведенный в сан священства, св. Григорий, совершая тайны Божий, приводил предстоящих при его священнодействии в умиление и слезы. Современники, удивляясь добродетельному житию Григория, нарицали его Богоносцем. Особенно великую услугу Церкви оказал Григорий обличением лжеучителей, отвергавших православное учение о духовном благодатном свете, осиявающем внутреннего человека и иногда открывающемся видимо, как на Фаворе, и в лице Моисея после собеседования его с Богом на Синае (Исх. 34, 29–30. 35); таковы лжеучители были Варлаам, монах калабрийский, и Акиндин.450 Варлаам и его последователи, думая, что свет, виденный на Фаворе, есть творение, а не свет присносущный, как говорит Церковь,451 утверждали, что никакою молитвою нельзя достигнуть внешнего осветления небесным светом; что общая Отцу, Сыну и Св.