Страница 138 из 271
Она знает, например, про кое–кого из мордасовцев такие капитальные и скандалезные вещи, что расскажи она их, при удобном случае, и докажи их так, как она их умеет доказывать, то в Мордасове будет Лиссабонское землетрясение ". Фигуру князя автор считает "единственной серьезной во всей повести ". Она интересна своей дальнейшей судьбой в творчестве Достоевского. Старый князь — весь искусственный. "Казалось, он был весь составлен из каких то кусочков. Никто не знал, когда и где он успел так рассыпаться ". У него — парик, фальшивые усы, бакенбарды, эспаньолка; он белится и румянится, носит корсет; одна нога — пробковая, правый глаз стеклянный. Он прожуировал все состояние и живет в своей деревне под властью экономки. Этот "мертвец на пружинах " — карикатура на русского барина–европейца и западника. Какое у него богатое прошлое: писал водевили и куплеты, был на дружеской ноге с лордом Байроном; в Германии учился философии; состоял членом масонской ложи, собирался отпустить на волю своего Сидора, а теперь думает ехать заграницу, "чтобы удобнее следить за европейским просвещением ". Автор характеризует князя особенностями его речи. Любовь Достоевская и барон Врангель свидетельствуют, что писатель любил "разыгрывать его ", подражая его интонациям. Изнеженное барство героя показано сквозь призму его словечек и каламбуров.
"Некоторые слоги он произносит необыкнвенно сладко, особенно напирая на букву "э ". 44 Да "у него как то выходит "ддэ ", но только еще немного послаще. "Он любит вставлять французские фразы: «C'est delicieux! C'est charmant! Mais quelle beaute! Vous me ravisseiz» и щеголять bons mots. Свой рассказ о лечении гидропатией он заканчивает фразой; "Так что, еслиб я, наконец, не заболел, то уверяю вас, что. был бы совершенно здоров ". Таков портрет "рассыпавшегося "русского дворянина начала века. Князь—духовный отец другого "русского европейца " — Степана Трофимовича Верховенского ( "Бесы "). Тот тоже "красивый мужчина ", бывший жуир, тоже учился в Германии и полон "благородных идей ", тоже "следит за европейским просвещением "и презирает Россию. У него такие же изнеженные интонации, французские словечки и "дворянские "манеры. ' Рассыпанность "князя переходит в болезненную мнительность и "холерину "Степана Трофимовича.
Рядом с князем поставлена Москалева, "первая дама в городе ", властная, честолюбивая и взбалмошная. Ей внезапно приходит в голову идея женить старика на своей дочери; в "Бесах " — та же ситуация: "первая дама в городе ", Варвара Петровна Ставрогина, неожиданно решает выдать свою воспитанницу Дашу за Степана Трофимовича. "Гордая красавица "Зина любит другого, но покоряется воле матери; Даша тоже любит другого и тоже не противится желанию своей благодетельницы. Так протягивается нить от неудачного фарса "Дядюшкин сон "к роману–трагедии "Бесы ". Но не вся повесть написана в стиле фарса: в нее •вставлен эпизод из чувствительной мелодрамы, непосредственно примыкающей к третьей части "Неточки Незвановой ". У покровительницы Неточки, Александры Михайловны, был роман с каким то "мечтателем ". Неточка случайно находит его письмо и читает: "Мы были неровня. Я был недостоин тебя. Прежде, уже давно это было, мне снилось что то такое, и я мечтал, как глупец… Ты горько во мне ошиблась! Никогда, никогда я не мог до тебя возвыситься! "Роман остался незаконченным; мы так и не знаем, кто этот друг Александры Михайловны и почему он был недостоин ее. В "Дядюшкином сне "эта тема развивается яснее и грубее. Зину любит Вася, учитель уездного училища, сын дьячка, "кропатель стишонков "в "Библиотеке для Чтения ". Влюбленные ссорятся; чтобы отомстить Зине, Вася показывает ее пись-.
мо и в тот же вечер делает попытку отравиться. Он не умирает, но заболевает чахоткой. Перед смертью просит у Зины прощения: "Я не годился жить… Я дурной и пустой человек… Ах, друг мой, вся моя жизнь была мечта. Я все мечтал, всегда мечтал, а не жил… Я даже не подлец был в эту минуту, а просто был дрянь человек… Все мне мерещится, Зиночка, что и тут не обошлось без сладких романтических глупостей. Все таки у меня была тогда мысль: как это красиво будет, что вот я буду лежать на постели, умирая в чахотке, а ты все будешь убиваться, страдать, что довела меня до чахотки… Глупо, Зиночка, глупо, не правда ли? "
Последнее произведение Достоевского перед каторгой, "Маленький герой " — было утверждением героизма, романтизма, "шиллеровщины ". С тех пор прошло девять лет. Перед страшной реальностью "Мертвого Дома "романтические идеалы рухнули. В "Дядюшкином сне " — полное развенчание романтика–мечтателя. Как не похож поэт Вася, "дурной и пустой человек ", на мечтателя Ордынова в "Хозяйке "и на героя "Белых ночей "! Жестоко судит автор свою юность; то, чем он жил раньше, теперь "сладкие романтические глупости ". Мечтатель, оторванный от жизни, просто "дрянь–человек*. Так, после политического покаяния начинается разоблачение кумиров литературных. Романтизм осуждается, как нравственная порча.
* * *
Отославши в "Русское Слово "повесть "Дядюшкин сон ", Достоевский продолжает работать над "Селом Степанчиковым ". 3 мая 1859 года он пишет брату: "Этот роман, конечно, имеет величайшие недостатки и, главное, может быть, растянутость: но в чем я уверен, как в аксиоме, это то, что он имеет в то же время и великие достоинства и что это лучшее мое произведение. Я писал его два года (с перерывом в средине "Дядюшкина сна "). Начало и середина обделаны, конец писал на–скоро. Но тут положил я мою душу, мою плоть и кровь. Я не хочу сказать, что я высказался в нем весь; это будет вздор. Еще будет много, что высказать. К тому же в романе мало сердечного (то есть страстного элемента, как, например, в "Дворянском гнезде "), но в нем есть два. огромных типических характера, создаваемых и записываемых пять лет, обделанных безукоризненно (по моему мнению), характеров вполне русских и плохо до сих пор указанных русской литературой ".
"Русский Вестник "возвратил роман, не согласившись на условия автора (сто рублей с листа)[113]. Рукопись перешла в редакцию "Современника ", но Некрасову она не понравилась. Достоевский волнуется: "Ради Бога, пишет он брату, с ними мягче и нежнее. Не нужно и виду подавать, что мы горюем и трусим… Но вот, что мне не нравится: если мы будем навязываться сами "Отечественным Запискам ". Роман оплеван и его похоронят гробовым молчанием. К тому же он действительно не эффектен… Но, впрочем, если "Отечественные Записки "без затруднений дадут 120 — соглашусь ". Наконец, "Село Степанчиково "было куплено А. Краевским и появилось в 127–й книжке "Отечественных Записок "за 1859 г.
Роман "Село Степанчиково и его обитатели. Из записок неизвестного "построен по правилам классической комедии: после экспозиции интриги и характеров, действие наростает в двух драматических ситуациях, и после эффектной катастрофы (изгнание Фомы Опискина) заканчивается благополучной развязкой ( "Фома Фомич созидает всеобщее счастье "). Единое действие сконцентрировано в одном месте и в коротком отрезке времени (два дня). Выразительность диалогов и напряженность положений повышают театральность романа.
В имении полк. Ростанева поселилась его мать, вдова–генеральша, со своими моськами и кошками; вслед за ней пожаловал и Фома Фомич Опискин, проживавший в ее доме в роли приживальщика. Ханжа и деспот подчинил своему влиянию и генеральшу и ее сына. Ростанев влюблен в свою воспитанницу Настеньку, которую преследует Опискин. Роман кончается позорным изгнанием лицемера. Достоевский точно воспроизводит сюжетную схему "Тартюфа "Мольера[114]. Фома Фомич — русский Тартюф, Ростанев — Оргон; мать его — мадам Пернель. Племянник Ростанева и Настенька, ведущие борьбу с ханжой — соответствуют мольеровским Дамису и Эльмире. Клеант преображается в помещика Бахчеева, который помогает изобличить Фому и появляется перед катастрофой. Первоначальный комедийный замысел определяет собой динамическое построение романа. Содержание его — борьба Ростанева с Опискиным. В четырех главах первой части излагаются причины и обстоятельства борьбы и даются характеристики борцов. В пятой главе начинается перестрелка между лагерем Ростанева и лагерем Фомы. Главный герой — Опискнн — торжественно выступает только в седьмой главе. Первое столкновение врагов кончается полной победой Фомы; Ростанев униженно просит у него прощения. Далее, до четвертой главы второй части, постепенно подготовляется "генеральное сражение ". Оно начинается атакой Фомы и кончается контр–атакой Ростанева.