Ф.В.Кондратьев

Так в общественном менталитете создавалась благоприятная почва для роста культовых новообразований, снижалась интеллектуально-критическая сопротивляемость восприятия явной нелепицы, содержащейся в учениях новых "религий" и сект.

Традиционные конфессии упомянутую брешь в мировоззрении не могли в должной мере заполнить в силу своей ослабленности десятилетиями гонений. Кроме того, предлагаемый ими "якорь спасения" многим представлялся архаичным и аморфным, требовал усилий в познании догматов. В сознании большинства россиян, оторванных от религиозных корней, лишенных возможности получить целостное религиозное образование, своеобразно переплелись отголоски духовных традиций с языческими предрассудками. Церковь же просто оказалась неспособной (из-за кадрового дефицита и инертности в формах своей работы) обеспечить индивидуальное духовное общение с каждым конкретным прихожанином, обратившимся со своими проблемами. Она не могла удовлетворить и потребность в духовном и деятельном взаимообщении. Формирование приходских общин, в которых должна устанавливаться атмосфера взаимной заинтересованности, конкретной личностной деятельности на основе заповеди любви к ближнему, фактически не происходило.

В этих условиях более легко усвояемые эрзацы духовности, появившиеся под видом "истинных религий", с их обращенностью именно к личностным проблемам отдельного человека, предлагавшие свой быстрый и легкий, не требующий усилий способ спасения, и приглашающие войти в новую именно тебя любящую семью, оказались тем конкретным "якорем", в котором так нуждались люди, оказавшиеся в стрессовой ситуации. Все это дополнительно обусловило благоприятные предпосылки для бурного распространения культовых новообразований в России.

4. Методы привлечения неокультами новых адептов и

характеристика личностных мотиваций поддаться вербовке

Как правило, все новые культовые образования первоначально декларируют общечеловеческие позитивные ценности, в чем и состоит их главная привлекательность. Уже одни названия тоталитарных сект носят завлекающий характер, например: "Международный фонд помощи и дружбы", "Христиане мира за единство и социальные действия", "Международный фонд образования", "Фонд Новой Святой Руси", "Духовное обогащение" и т.п. (кстати, эти названия тоталитарные секты часто меняют, оставляя, однако прежнюю притягательную рекламу своей деятельности). Уставы новых "конфессий" также выглядят благопристойно. Например, "Богородичный Центр" основными своими задачами определил "возрождение лучших традиций благочестия, основанных на Священном Писании и свидетельствах о явлениях Божией Матери в 20 веке, благотворительная и просветительская, в том числе издательская деятельность". Пока выясняется истинная сущность сект, люди идут туда в надежде избавиться от психотравмирующей ситуации повседневного бытия, получить необходимую им перспективу, обрести смысл жизни, познать истину, уйти от одиночества.

Как отмечалось, современные неокультовые образования отличаются исключительно активным прозелитизмом. В целях вовлечения в свою деятельность они используют различные каналы средств массовой информации для рекламы своей "истины в последней инстанции". Напомним, что АУМ Синрикё без проблем купил и использовал до судебного запрета эфирное время радио "Маяк" и ТВ канала "2х2". До сих пор 24 часа в сутки ежедневно вещает в российском эфире Общество Сознания Кришны. Адептам "Сторожевой Башни" строго предписано распространять свою Библию методом хождения по домам "от двери к двери". Секты массовыми тиражами издают рекламные ролики и листовки, навязывают газеты, журналы и книги, распространяют свою "духовную" продукцию даже в учебных заведениях, проводят иные формы информационной агрессии, в том числе под прикрытием гуманитарной помощи. В настоящее время тоталитарные неокульты особенно активно занимаются прозелитической деятельностью на периферии.

Фактически уже мало осталось людей, в той или иной форме не сталкивающихся с сектантской агитацией, и тем не менее "только" три с небольшим процента населения России (данные на 1998 год) оказались активными адептами тоталитарных культов. В связи с этим фактом важно определить, почему одни люди проявляют резистентность ("неподатливость") к вербовке в секты, другие с легкостью вовлекаются в их деятельность; почему одни могут порвать с сектой, другие остаются абсолютно не поддающимися каким-либо усилиям вернуть их к свободной жизни.

При всей несомненности фактов причинения вреда здоровью от деятельности тоталитарных сект (о чем специально будет сказано ниже) вместе с тем было бы неправильным утверждать, что у всех лиц, принадлежащих к сектам, возникают психические и иные расстройства здоровья. Огромную организаторскую и финансовую деятельность современных тоталитарных неокультов могут проводить только люди достаточно волевые, энергичные, имеющие ясную мотивацию своего вступления в секту. Здесь в психолого-психиатрическом аспекте встает необходимый вопрос о дифференцировке лиц, охваченных сектантской деятельностью. В основе этой дифференцировки должен лежать анализ мотивации прихода в секту и анализ факторов риска развития первого психопатологического феномена - синдрома зависимости.

К числу общих факторов такого риска относятся такие характерологические черты, как повышенная внушаемость, ведомость, пассивность, своеобразие типа мышления (магическое, пралогическое мышление). Подверженность личности вербовке в секту усиливается развитием невротического состояния в результате упоминавшихся психологического надлома, потери смысловых ориентации, неуверенности в завтрашнем дне, духовной опустошенности, чувства одиночества и ненужности, непонимания в семье и других конфликтных, психотравмирующих, фрустирующих обстоятельств.

В противоположность этому самостоятельность, лидерство, стеничность достаточная степень личностной защищенности от принятия навязываемых изменений сложившихся смыслов, социальных ориентации и т.д. - являются теми личностными свойствами, которые дают сигнал "Стоп" даже при начавшейся вовлеченности в деятельность секты.

В мотивационной сфере предпосылками интереса к учению неокульта и факторами риска вовлечения в его деятельность являются ориентации на глобальные макросоциальные ценности в сочетании с такими социально-психологическими особенностями личности, как неудовлетворенность бездуховной жизнью, протест против поп-культуры, жажда познания, поиск истины. Личностная самостоятельность, ориентированная на такие ценности. может предопределить легкость присоединения к "новой религии", но эта же личностная особенность помешает формированию синдрома зависимости и поможет быстро выйти из неокульта при возникшем сомнении в ее "божественности".

При преимущественной личностной ориентированности на микросоциальные ценности, на свои бытовые проблемы и семейные конфликты особо предрасполагающими к уходу в секту становятся отмеченные характерологические факторы риска и невротические состояния. Заметную роль здесь играет желание улучшить свое психическое здоровье, овладеть техникой регуляции сознания.

Уместно также отметить, что извечно существующая проблема "отцов и детей" в случаях, когда родители оказывают постоянное психологическое давление и не способны ответить эмоциональной поддержкой в проблемах молодого человека, когда они упустили возможность (или были не способны) сформировать его духовный фундамент, зарождается мотивация к вступлению в контакт со "слушающими и понимающими людьми", способными дать ориентир в жизни.

Важно, что предлагаемые сектой "духовные услуги" могут соответствовать наиболее слабым, уязвимым местам личностного склада. Секты это учитывают и умело используют при вербовке (после психологической "разведки"} индивидуальный подход.

При всей многочисленности наблюдаемых вариаций все же возможно определить две крайние группы, между которыми размещаются остальные варианты.

Первую группу составляют лица с хорошо развитым критическим мышлением, без невротизирующих комплексов, достаточно самостоятельные в определении своего поведения, ориентированные на макросоциальные, духовные ценности. У этих лиц неудовлетворенности культивируемым в современном обществе гедонизмом, информационный голод, жажда духовной пищи, жажда познания истины - все это является причинами, формирующими мотивацию отклика на приглашение познакомиться с новым, необычным религиозным учением. Здесь налицо интеллектуальная жажда познания истины, интеллектуальная основа мотивации, без ведущего участия чувственной сферы психики.