Страница 2 из 4
Ангел объяснил пастухам, что они найдут родившегося Христа Господа в пеленах, лежащего в яслях. Но почему же Ангел не возвестил о рождении Христа старейшинам иудейским, книжникам и фарисеям и не призвал и их к поклонению Божественному Младенцу? Да потому, что эти “слепые вожди слепых” перестали понимать истинный смысл пророчеств о Мессии и по исключительной иудейской горделивости воображали, что обещанный им Избавитель явится в полном блеске величественного царя-завоевателя и покорит весь мир. Скромный проповедник мира и любви к врагам им был неприемлем.
Пастухи не сомневались, что Ангел послан к ним от Бога, и потому удостоились слышать торжественный небесный гимн: “Слава в вышних Богу и на земле мир, в человеках благоволение!” Ангелы славят Бога, пославшего людям Спасителя, ибо с этого времени восстанавливается мир совести и устраняется вражда между Небом и землей, возникшая вследствие греха.
Ангелы удалились, а пастухи поспешно отправились в Вифлеем и нашли Младенца, лежащего в яслях, и первые поклонились Ему. Они рассказали Марии и Иосифу о том событии, которое привело их к колыбели Христа, рассказывали они о том же и другим, и все слышавшие их рассказ удивлялись. “А Мария сохраняла все слова эти, слагая в сердце Своем,” т.е. Она запомнила все услышанное. Евангелист Лука, описывающий благовестие Архангела Гавриила, рождение Христа (Лук. 2 гл). и другие события, относящиеся к Деве Марии, очевидно, писал с Ее слов.
На восьмой день совершено было обрезание Младенца, как это предписано законом Моисея. Вероятно, вскоре после Рождества Святое Семейство переселилось из пещеры в дом, так как большинство пришельцев в Вифлеем после записи не имело надобности оставаться там.
Поклонение волхвов
Дальнейший евангельский рассказ о поклонении волхвов (Мф. 2 гл). очень назидателен. Это прежде всего рассказ об “епифании,” или явлении Христа язычникам.
Еще Иосиф и Пресвятая Матерь Божия с Младенцем Иисусом оставались в Вифлееме, как из далекой страны с востока (из Персии или Вавилонии) пришли в Иерусалим волхвы.
Волхвами, или мудрецами, назывались ученые люди, занимавшиеся наблюдением и изучением звезд. В то время люди верили, что при рождении великого человека появляется на небе новая звезда. Многие язычники в пределах Персии, наученные рассеявшимися иудеями, знали о грядущем в мир Мессии — Великом Царе Израильском. От евреев они могли знать следующее пророчество Валаама относительно Мессии: “Вижу Его, но ныне еще нет. Зрю Его, но не близко. Восходит Звезда от Иакова и восстает Жезл от Израиля, и (Он). поразит князей Моава” (Числа 24:17). Здесь “Моав” — олицетворение врагов Мессии. Персидские волхвы ждали, что когда родится обещанный Царь, то на небе появится новая звезда. Хотя пророчество Валаама говорило о звезде в духовном смысле, но Господь, по милости Своей, чтобы привести язычников к вере, дал на небе знамение в виде появления необычайной звезды. Увидев ее, волхвы поняли, что ожидаемый Царь родился.
После продолжительного и далекого путешествия они, наконец, дошли до столицы иудейского царства Иерусалима и стали спрашивать: “Где родившийся Царь Иудейский? Ибо мы видели звезду Его на востоке и пришли поклониться Ему.” Эти слова таких видных незнакомцев всколыхнули многих жителей Иерусалима, и в особенности царя Ирода, которому немедленно доложили о прибытии загадочных восточных ученых.
С первых дней воцарения шатким был трон Ирода. Народ его ненавидел, считая его узурпатором Давидова престола и тираном, и гнушался им, как язычником. Последние годы жизни Ирода осложнились еще личными невзгодами и кровавыми расправами. Он сделался крайне подозрительным и по малейшему поводу казнил своих явных и мнимых врагов. По этой причине погибло несколько детей Ирода и даже его жена, которую он раньше пламенно любил. Больной и дряхлый, Ирод теперь проживал в своем новом дворце на Сионе. Услышав о родившемся Царе, Он особенно заволновался, боясь, как бы люди не воспользовались его старостью, чтобы отнять у него власть и передать ее новорожденному Царю.
Чтобы выяснить, кто же этот новый претендент на его престол, Ирод собрал к себе всех священников и книжников, — людей хорошо знавших книги Священного Писания, и спросил их: “Где должно родиться Христу?” Они ответили: “В Вифлееме иудейском, потому что так написано у пророка Михея.” Тогда Ирод тайно призвал к себе волхвов, выведал у них время появления звезды и послал их в Вифлеем. Прикидываясь благочестивым, хитрый Ирод сказал им: “Пойдите и там хорошенько все узнайте о Младенце, и когда найдете Его, придите и скажите мне, чтобы и я мог пойти поклониться Ему.” На самом же деле Ирод собирался воспользоваться их сообщением, чтобы предать Младенца смерти.
Волхвы, выслушав царя Ирода и ничего не подозревая, пошли в Вифлеем. И вот снова та звезда, которую они видели прежде на востоке, появилась на небе и, двигаясь по небу, шла перед ними, указывая им путь. В Вифлееме звезда остановилась над тем местом, где находился родившийся Младенец Иисус.
Волхвы вошли в дом и увидели Младенца Иисуса с Матерью Его. Они поклонились Ему до земли и поднесли Ему дары (подарки). свои: золото, ладан и смирну (драгоценное благовонное масло). В подарках волхвов можно видеть следующее символическое значение. Золото они принесли Ему, как Царю (в виде дани или подати), ладан, как Богу (потому что ладан употребляется при богослужении), а смирну, как Человеку, который должен умереть (потому что в то время умерших помазывали маслами, смешанными с благовонной смирной).
Поклонившись всеми ожидаемому Царю, волхвы собирались было на следующий день возвратиться в Иерусалим к Ироду. Но Ангел, явившись им во сне, открыл им коварные намерения Ирода и повелел вернуться в свою страну, взяв другой путь, не проходящий около Иерусалима. Предание сохранило имена волхвов, которые потом стали христианами. Это были Мельхиор, Гаспар и Валтасар.
В рассказе о Рождестве Христовом еще замечательно то, что первыми поклонились родившемуся Спасителю пастухи, истинные дети природы, которые могли открыть пред Ним только сокровищницу своего сердца, полного простоты, веры и смирения. Уже значительно позже пришли волхвы с Востока, насыщенные ученой мудростью, повергшие пред Богомладенцем вместе с благоговейною радостью золото, ладан и смирну. Они должны были совершить долгий путь прежде, чем достигли Иудеи и даже, находясь уже в Иерусалиме, не сразу могли обрести место рождения Царя Иудейского. Не говорит ли это о том, что и простота сердца, и глубокая добросовестная ученость одинаково ведут ко Христу. Но первый путь прямее, короче и вернее второго. Пастырями руководили непосредственно Ангелы, а волхвы “учахуся” от бессловесной звезды и через Ирода от книжников и старцев иудейских. Не без затруднений и опасностей достигли они желанной цели и не слышали небесной гармонии, прозвучавшей над землей — “Слава в вышних Богу и на земле мир, в человецех благоволение” (мысль Митрополита Анастасия).
Сын Божий и
Сын Человеческий
“Великая тайна благочестия: Бог явился во плоти” (Тим. 3:16). Эти слова св. Апостола свидетельствуют о том, что чудо воплощения Сына Божия превышает понимание нашего ограниченного ума. Действительно, мы можем верить, но не можем объяснить события, происшедшего две тысячи лет тому назад в Вифлееме, когда в одном Лице Иисуса Христа сочетались две столь разные и в сущности противоположные природы: надмирная, вечная и бесконечная — Божеская, а одновременно и вещественная, ограниченная и немощная — человеческая.
Тем не менее, Евангелия и Апостольские послания, в меру наших сил, раскрывают нам некоторые стороны чуда воплощения Сына Божия. Святой Иоанн Богослов в самом начале своего Евангелия возводит нашу мысль к предвечному бытию Второго Лица Пресвятой Троицы, Которого он именует Словом, говоря:
“В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было вначале у Бога. Все через Него начало быть, и без Него ни что не начало быть, что начало быть. И Слово стало плотью, и обитало с нами” (Иоан. 1:1-3, 14).
Именование Сына Божия Словом указывает на то, что Его рождение от Отца нельзя понимать в смысле обычного рождения: оно произошло бесстрастно и без отделения. Сын Божий рожден от Отца наподобие того, как слово рождается от мысли. Мысль и слово отличны друг от друга и в то же время неотделимы. Нет слова без мысли, и мысль непременно выражается в слове.
Дальнейшая Апостольская проповедь все полнее раскрывает истину Богочеловеческой природы Христа. А именно, что Он есть Единородный (единственный). Сын Божий, Который родился от Отца прежде всех веков, т. е. Он вечен, как и Бог Отец. Сын Божий имеет ту же Божественную природу, что и Бог Отец, и поэтому — Он всемогущ, всеведущ и вездесущ. Он есть Творец видимого и невидимого мира и в том числе — нас, людей. Одним словом, Он, будучи Вторым Лицом Пресвятой Троицы, есть истинный и совершенный Бог. Вера в Иисуса Христа как в воплотившегося Сына Божия представляет твердыню или камень, на котором утверждается Церковь, по слову Господа: “На этом камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее” (Мт. 16:18).