Страница 3 из 37
Ибо разве, говоря так, не являетесь вы прежде всего откровенно прилагающими [нечто] к изъявляющему [24] [истину] о Святом и поклоняемом Духе богословию Самоистины — Христа, Который, Бог сый превечный [25], ради нас стал и Богословом, Который, на самом деле будучи Истиной, явился для нас проповедником истины, Который на сие прииде в мир, да свидетельствует истину, Коего всяк, иже есть от истины и воистину взыскует ее, послушает истинного гласа [26]?
Итак, разве вы не противоречите прежде всего Ему, Первому из всех богословствовавшему таковым образом {стр. 18} (ибо Он говорит: Дух Истины, иже от Отца исходит [27], затем — самовидцам [28] и самослышателям, ставшим Его учениками и апостолами, прежде же всего — и самому Святому Духу, Который и пришел согласно дарованному им Спасителем обетованию [29], и Который научил их всему [30], Который не научил их тому, что не от одного Отца Светов [31] Он исходит, но и от Сына? Если же так научил их Он, то и нас они научили подобным же образом.
Затем, наученные и просвещенные, они были посланы для того, чтобы научить так, как были научены; и чтобы просветить так, как были просвещены, чтобы они проповедывали в дерзновении, еже во уши слышаша, то есть — не во всеуслышание; чтобы рещи во свете то, что глаголано бысть во тьме [32], — как бы я сказал, чрез откровение в пресветлом мраке [33], хотя бы и притчами, — и что, подобно темному слову [34] у Соломона, проясняется причастившемуся премудрости. Если угодно, тьма раскрывается наедине и сокровенно, и никогда — явно для многих.
Но [обратимся] к тому, о чем у нас сейчас речь, что не было сказано дерзновенно изрекшими истину, что не возвестил Дух, возвестивший всяку истину [35], о чем не засвидетельствовал и не известил Тот, Кто обо всем, яже слыша от Отца [36] известил возлюбленных [учеников], Кто прииде, {стр. 19} да свидетельствует истину [37]. Как вы смеете говорить это, вводя таким образом чуждое прибавление в определение веры, которое избранные отцы, собравшиеся для сего, будучи движимы Духом, вместе, написали и предали всем предъизбранным право править слово истины [38] [в качестве] символа неложной веры (δόξης) в Отца и Сына и Святого Духа, и как пробный камень беспримесного богопознания, и как твердое исповедание?
1. Ибо то, что вы считаете [извиняющим вас] поводом, то есть [будто из–за] говорящих, что Сын не равен Отцу, поскольку Он не имеет также изведения, вы, спеша показать [Его] равным [Отцу], ввели прибавление, не имеет никакого разумного основания. Ибо если некоторые скажут, что Ему нужно обладать и [свойством] рождать, чтобы без этой прибавки не пропало равенство, то необходимо будет приложить и это, слушая неразумных, и вообще не говорить, что по причине Отец больше Сына, дабы не отвергать равенство Сына [по отношению] к Нему.
Итак, вот что вы думаете хитро ввести в противность евангельским догматам и учениям. Ибо говорящий, что и Сын — причина божества, отвергает Сына, ясно в Евангелии сказавшего: Отец Мой болий Мене [39], не как человека только, но и как Бога — тем, что Он является Причиной божества. Поэтому Он и не «Бог» сказал, но «Отец». Ибо [Он] не как Бог больше Сына, — прочь от нечестия! — но как Причина божества, как и изъяснили нам богоносные отцы [40]. Итак, вы, как кажется, противоречите сим богоносцам и самому Христу — Богу богоносцев, называющих Сына не равным Отцу по причине.
{стр. 20}
Но мы знаем и равенство Сына с Отцом по природе, и превосходство исповедуем Отца по причинности, которая объемлет собою и то и другое: рождение и исхождение. И самим же изначально написавшим символ веры — при том, что у них [как раз] была борьба за сращенность [41] Сына с Отцом, то есть за равночестность — он показался достаточным без вашего прибавления [42].
{стр. 21}
Итак, не оправдано и не благочестиво вы вводите таковое прибавление в определение веры, которое собравшиеся вместе избранные отцы написали и предали нам, будучи движимы Духом, и к которому вовсе не дозволяется прилагать что–либо, или отнимать от него, после Собора, последовавшего во времени Собору этих святых, которым дерзнувший на сие подвергается проклятиям и извергается из Церкви, и также — [дерзнувший приложить] прибавление, не изреченную, как говорится, Словом, ни открытую Духом, и не обретаемую в записанных словах святых апостолов.
С ними же в согласии изложили и изложившие сие божественное определение веры, и те, что были после них, присоединились, пусть даже они и не составляли [его] вместе с ними. Ведь вы не можете сказать, что одни не так составили [Символ], а другие — не согласились с теми, кто в начале составил [его], будучи обличаемы написавшими по порядку [деяния] всех святых Соборов, — и этого самого их Собора, [и последующих, даже] до сего дня. Более того, [вы обличаетесь] всегдашним согласием четырех патриарших престолов и самих многих и различных народов и языков, несущих неразличающееся и непреложное изначальное изложение [веры].
Итак, общие [для всех] изъясняющие голоса богоносных богословов, евангелистов, апостолов и предшествовавших им от века пророков таким образом согласно говорят о Духе и так [исповедуют] согласно с Богочеловеком Словом. К тому же — и все Соборы, собранные по разным причинам и в разные времена в защиту благочестия, и, — что почти то же самое, — всякий богоносный язык, ибо ни на одном из этих Соборов не богословствовали, что Дух [происходит] и от Сына.
{стр. 22}
Я бы достаточно показал вам, что это самое [исповедание] и все без исключения богословы — каждый в свою очередь — неизменно сохраняли в составленных каждым из них по [разным] частным случаям словах. Но спорливость латинянина не выдержит такой протяженности наших словес, и ответит, говоря: «но и вы каким образом и где обрели такое прибавление, что считаете, будто Святой Дух исходит от одного только Отца (и поэтому думаете, что мы инославные), если этого не сказал ни Христос, ни Его ученики?»
На это мы немедленно ответим: говоря так, полнота благочестивых, ставших на [общее] благо едиными устами, построила башню благочестия, всяко возвышающуюся над мысленным потопом нечестия. Ибо и к ним, собирающимся строить, пришла Совершительница [43] благ — Троица, не сливая, но связуя и мнения, и языки в благочестивейшее и православное единомыслие. И вот, пребывая в этой безопасной крепости, мы прежде всего метко и доблестно поразим оттуда выступающих против правых догматов, впрочем, с пользой для них, если они [сами того] пожелают. Затем [употребим] доказательства истины из многих источников, лучше же [сказать], из числа отовсюду являемых, — которые мы извлечем для них, возводя и их к желанию ее [то есть истины], да скажу по написанному: да поне осяжут ю и обрящут, яко недалече от них сущу [44]. Ныне же их скорее не мы, но как бы оное словесное укрепление благочестия и {стр. 23} повергнет, и поразит, и обратит в бегство, если же угодно, то и исцелит.
Ибо таково сие божественное определение божественных вещей, что не только окружает пребывающих в нем и сохраняет в безопасности, но и сражается в [их] защиту и непобедимо противоборствует восстающим [на него]; а как [оно это делает] — послушай.
2. «Верую во единаго Бога, Отца, Вседержителя,… и во единаго Господа Иисуса Христа Сына Божия, единороднаго, иже от Отца рожденнаго прежде всех век» [45]. Но разве вместе с этим не подразумевается и не слышится «от одного», и разве не от одного Отца Он был рожден, пусть даже и не прилагается «от одного»? И очень даже подразумевается, и не меньше, чем если бы это было присовокуплено. Если захочешь быть всецело благочестивым то, пожалуй, скажешь так. Отсюда, стало быть, научись и о Духе. И когда ты слышишь в том же самом символе «Духа Святаго, от Отца исходящаго», то по необходимости считай, что вместе с тем слышится и «единаго», и, слушая, не думай о нашем прибавлении иначе, [разве как то, что оно сделано] ради истины, для того, чтобы ты отложил приложенное в ваших рассуждениях. Если же нет, то тогда ты не согласишься, что и в отношении рождения Сына от Отца подразумевается «от единаго», и таким образом ты умножишь свое злочестие (δυσσέβημα).