Страница 359 из 420
Христианская премудрость есть Христос, Сын Божий. Как говорит святой Павел: Он "сделался для нас премудростью от Бога" (1 Кор. 1, 30). Он открывает нам тайну познания Небесного Отца. "Бога не видел никто никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил" (Ин. 1, 18). И "Отца не знает никто, кроме Сына, и кому Сын хочет открыть" (Мф. 11, 27). Во Христе "сокрыты все сокровища премудрости и ведения" (Кол. 2, 3), говорит богомудрый Павел. Простой христианин, который научен догматам святой веры, гораздо мудрее, чем Платон и Аристотель и прочие языческие мудрецы. Кто из них уразумел то, что простой христианин познал верой? "Никто из властей века сего не познал" (1 Кор. 2, 8) (104, 1150).
"Признаки" духовной мудрости есть: 1) тщательное поучение в слове Божием; 2) искание руководства, совета у благочестивых и разумных людей; 3) способность с любовью принять наставления, наказания, полезные советы, обличения; 4) рассуждение о дивном Промысле Божием, о правде и милосердии Его; 5) частое воспоминание о смерти и последующем, то есть о Страшном Суде Христовом, о блаженной и неблагополучной вечности; 6) презрение к миру; 7) более всего молитва, без которой духовная мудрость существовать не может (104, 1152-1153).
"Плоды" духовной мудрости-это христианские добродетели, то есть смирение, терпение, кротость, правда, целомудрие, милость и прочее. Так учит Соломон: "Плоды ее (премудрости) суть добродетели: она научает целомудрию и рассудительности, справедливости и мужеству, полезнее которых ничего нет для людей в жизни" (Прем. 8, 7). И апостол Иаков говорит: "мудрость, сходящая свыше, во-первых, чиста, потом мирна, скромна, послушлива, полна милосердия и добрых плодов, беспристрастна и нелицемерна" (Иак. 3, 17). Она боится Бога и любит Его, отвращается от суеты мира и прилепляется к одному Богу. Все позволенное: пищу, питье, одежду и прочее употребляет со страхом ради нужды, а не ради роскоши, великодушно претерпевает случающиеся беды и напасти. Проявляет себя послушной Богу и людям ради Бога. Ей не тягостно делать все то, что угодно Богу, и уклоняться от всего, что Ему противно. Гордости, зависти, злобе, вражде, нечистоте, сребролюбию и прочим душевным язвам в ней нет места. Она любит всех без разбору, со всеми чистосердечно и простосердечно обходится. Что произносит словом, то и внутри себя имеет, что обещает словом, то и исполняет делом, когда нет никакого препятствия. Ей не нужны записи в договорах: слово, сказанное и услышанное другим, для нее-надежная запись.
Видит страдающего брата, и сама ему сострадает сердцем; требующему помощи помогает; всякому неблагополучию ближнего сочувствует и благополучию радуется: с плачущими плачет и с радующимися радуется; друзей принимает в объятия и у врагов не отнимает своей любви. Поэтому она мирна, тиха, спокойна, радостна, весела, хотя и ее беспокоит злой дух и его злые служители (104, 1154).
Цель, к которой эта мудрость ведет человека, есть Бог и вечное блаженство. Ибо как она сама происходит от Бога, так к Богу и обращается и любящих своих к Нему приводит (104, 1155).
Истинная христианская премудрость в том, чтобы побеждать природное злонравие, то есть гордость, высокоумие, гнев, злобу, зависть, ненависть, нечистоту, сладострастие, сребролюбие, скупость, невоздержанность и прочее, и следовать примеру святого жития Христова, то есть Его смирению, любви, милосердию, терпению, кротости и прочим Его прекрасным божественным oдобродетелям. К этому Его святые апостолы увещевают и этому учит Сам Христос: "Я свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни" (Ин. 8, 12). Отсюда следует, что ходит во тьме и заблуждается тот, кто не следует примеру жития Христова (104, 1156-1157).
Средства, при которых мы приходим к духовной мудрости, есть: 1) Святое слово Божие с помощью Духа Святого. Ибо Священные Писания, по слову апостола, "могут умудрить... во спасение верою во Христа Иисуса" (2 Тим. 3, 15). 2) Искренняя молитва. Так говорит апостол: "Если же у кого из вас недостает мудрости, да просит у Бога, дающего всем просто и без упрёков,-и дастся ему. Но да просит с верою, нимало не сомневаясь" (Иак. 1, 5-6). Поэтому и Соломон говорит: "Познав же, что иначе не могу овладеть ею (премудростью), как если дарует Бог,-и что уже было делом разума, чтобы познать, чей это дар,-я обратился к Господу и молился Ему" (Прем. 8, 21). Догматам духовной мудрости научаемся не в книгах мудрецов века сего, но в книгах пророческих и апостольских и обучаемся ей в школе Святого Духа, Который посредством Своего святого слова умудряет сердца верных. Поэтому христианам, если хотим обрести духовную мудрость, нужно прилежно поучаться день и ночь в слове Божием и усердно молиться Подателю премудрости-Богу. Святитель Тихон Задонский (104, 1158).
Духовный разум-в познании Истины верой
Духовный разум состоит в познании Истины верой. Сперва приобретается познание веры; вера, усвоившись христианину, изменяет его разум откровением ему Истины, которая-Христос (109, 138).
Духовный разум-ощущение Бессмертной Жизни, по определению духоносцев. Самый этот разум-признак Воскресения (109, 11).
Пока действует вера, пока человек руководствуется Евангельскими заповедями, до тех пор сияет в нем духовный разум (111, 192).
Наш образ мыслей или наш разум может быть духовным только тогда, когда он пребывает всецело в Истине, вознесшись к ней живой верой во Христа (111, 209).
Живая вера-духовный разум. Она уже не нуждается в знамениях, будучи совершенно удовлетворена знамениями Христовыми и величайшим из Его знамений, венцом знамений,-Его Словом (111, 234).
Светом духовного разума должно быть озарено воззрение душевного ока на знамения и чудеса, чтобы избежать тех бедствий, в которые может вовлечь воззрение на них плотского мудрования (111, 323).
Вне неуклонного послушания Церкви нет ни истинного смирения, ни истинного духовного разума-там обширная область, темное царство лжи и производимого ею самообольщения (111, 446).
Нужно... предаться водительству веры, при этом водительстве, в свое время, после значительных подвигов благочестия, Бог дарует верному рабу Своему разум Истины, или разум духовный. Епископ Игнатий (Брянчанинов) (111, 472).
Поведали об авве Геласии, что он в юности жил в пустыне, сохраняя нестяжание. Такое жительство проводили в этих местах и в это время многие другие. Между ними был некоторый старец необыкновенной простоты, особенно нестяжательный; он прожил в уединенной келлии своей до самой смерти, а под старость имел учеников. Он соблюдал такое нестяжание до конца жизни, что не имел двух хитонов и не заботился вместе с учениками своими о завтрашнем дне. Когда авва Геласий, по божественному внушению, устроил общежительный монастырь, ему пожертвовали большие поля, и он завел для нужд общежития рабочий скот и волов. Содействовавший первоначально святому Пахомию устроить общежительный монастырь во всем содействовал и авве Геласию к устроению монастыря. Вышеупомянутый старец, видя его в этих занятиях и искренне любя, сказал ему: "Боюсь, авва Геласий, чтобы ум твой не прилепился к полям и прочему имуществу общежития". Авва Геласии отвечал: "Скорее ум твой привяжется к веревкам, которые ты плетешь, чем ум Геласия к стяжаниям". Отечник (82, 86-87).
Таково свойство умного делания, осененного божественной благодатью. Оно не перестает действовать в сосуде своем при всех внешних занятиях и хранит ум в духовной свободе. Напротив, ум, не получивший этой свободы, не может не увлекаться пристрастием к самым мелочным предметам. Не получившие духовной свободы должны соблюдать строгое нестяжание, чтобы охраниться от пристрастий. Епископ Игнатий (Брянчанинов) (82, 87).
"Будьте мудры, как змеи, и просты, как голуби"
(Мф. 10, 16)
Когда змея ползет через трещину, она снимает свою старую кожу. Так и Христос хочет, чтобы мы шли узким путем и умерщвляли ветхого человека. Когда мы пресмыкаемся по земле и живем среди мирской суеты, в душе от этого праха образуется некий твердый слой, как бы другая кожа. И потому христианин должен как можно чаще отрясать прах земной и заботиться о совлечении "греховного тела плоти" (Кол. 2, 11). А у пренебрегающих этой змеиной мудростью греховная природа может до такой степени окаменеть и окрепнуть, что переменить ее будет невозможно. Преподобный Исидор Пелусиот (115, 763).