ДОБРОТОЛЮБИЕ

При любви же к добродетели бывает совершенно противное сему: ибо тогда Господь, видя, как душа жаждет спастись, и как усердно возделывает в себе добрыя семена, ради сего благаго произволения ея, исполняет ее своими дарами.

30) Однажды блаженный Авва, вспомнив о старце, котораго окрадывал живший по соседству с ним брат, — что он, зная то, никогда не обличал этого брата, но еще более работал, говоря: может быть, нужду имеет брат, — дивился благосердию святых, и разсказал при этом Следующий случай. Во время пребывания моего в Педиаде, вот что разсказывал мне один игумен: близь обители нашей жил один старец и был он преблагой души. Живший по соседству с ним брат, однажды в отсутствие старца, по вражескому искушению, отворив келлию его, вошел внутрь и забрал себе вещи его и книги. Когда старец по возвращении, отворив келлию, не нашел своих вещей, то пошел к брату тому, сказать ему о сем. Но вошедши в его келлию, увидел вещи свои посреди ея, потому что брат не успел еще прибрать их. Не желая однакож пристыдить брата и обличить его, показал вид, что будто схватил его живот, и вышел вон, — где пробыл довольно времени, как бы для нужды, чтоб брат между тем успел убрать вещи. Возвратясь же к нему после сего, начал он говорить о другом; и не обличил брата. Чрез несколько дней узнаны были у него вещи старцевы, и его взяли и посадили под стражу. Старец ничего о том не знал; но услышав, что брат в темнице и не зная, за что он в темнице, пришел ко мне, — говорит игумен, ибо он учащал к нам, — и просил: сделай милость, дай мне несколько яиц, и не много чистых хлебцев. Я говорю ему: верно у тебя ныне есть кто?

— Да, ответил старец; взял же это он для того, чтобы пойти в темницу и утешить брата. Лишь только вошел он в темницу, как брат падает ему в ноги и говорит: за тебя я здесь, Авва, потому что это я украл твои вещи; — но книга твоя у того–то, одежда же у того–то. Старец говорит ему: да удостоверится сердце твое, сын мой, что я не ради того пришел сюда; я даже не знал, что ты здесь за меня; но услышав, что ты здесь, я опечалился, и пришел утешить тебя; вот смотри яйца и чистые хлебцы. Теперь же пойду и сделаю все, пока извлеку тебя отсюда. Пошел и попросил некоторых из начальственных лиц, кои знали его ради добродетели его; и они послали выпустить брата из темницы.

31) Разсказывали еще о том же старце, что однажды пошед он на рынок купить себе одежду. Купил и отдал одну златицу. Оставалось ему приплатить еще несколько мелкими монетами. Он взял одежу и положил под себя, и стал отсчитывать мелочь на дощечку. Тут кто–то подошел и пробовал вытащить из–под него одежу. Ощутив это, старец понял, что это значило, и жалея о трудящемся, стал по немногу приподниматься, как бы потягиваясь с монетою, пока тот вытащил одежду, и ушел; — и старец не обличил его. — После сего блаженный Зосима сказал: чего стоила эта одежда его, или те, украденныя у него вещи? Но сколь высокоценно произволение его! Он показал, что, имея их, он был таков, как бы ничего не имел. Когда их похищали, он оставался таким же, не скорбя о том и не раздражаясь за то; ибо как я всегда говорю, не то вредит, чтоб иметь, но иметь с пристрастием. Старец сей хотя бы весь мир имел, был бы таков, как бы ничего не имел: ибо тем, что он сделал, показал, что свободен от всего.

Восподвизаемся же, братие, и мы подражать примерам святых отцев, и ревностно исполнять словеса их, чтоб исполнясь здесь плодов благих, сподобиться и вечных благ, во Христе Иисусе, Господе нашем, Коему слава и держава со Отцем и Святым Духом, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

СВЯТОЙ МАКСИМ ИСПОВЕДНИК

КРАТКОЕ СВЕДЕНИЕ О

СВЯТОМ МАКСИМЕ ИСПОВЕДНИКЕ.

Св. Максим, Цареградец, рода знатнаго. Получив полное образование, и богословское, и философское, и всякое другое, какое требовалось в то время, он был взят Императором Ираклием в придворные и исправлял дела перваго секретаря с успехом и достойною похвалою.

Когда поднялась монофелитская ересь, в порождении которой виновен был и царь с патриархом, и начались смуты, и во дворце, и в городе, и в других областях царства, Св. Максим почел это благословным поводом к удовлетворению всегдашняго своего желания оставить мир и поступить в какую либо обитель. Уволившись от дел, поступил он в Хрисопольскую обитель (641 г.), и со всею ревностию предался аскетическим подвигам, по строгим отеческим уставам, являя в себе для всех и во всех отношениях пример достойный подражания. Почему, когда потребовался новый настоятель в обители, он единодушно всеми избран был на сие служение, которое и исправлял достодолжно, не поблажая себе и не человекоугодничая.

Между тем ересь монофелитская все росла и росла, поддерживаемая двором и патриархом; росли вместе с нею и смуты. Не терпя смут, Св. Максим оставил обитель и направился в Рим. Мимоходом, он останавливался на время в Картагене, в Африке, где, на бывшем там соборе, обличил не состоятельность монофелитства в лице случившагося там патриарха Константинопольскаго Пирра, бывшаго не у дел. За тем переплыл в Рим, где также скоро принял участие в соборе против монофелитов, собранном Св. папою Мартином, по случаю повеления царева — принять и подписать типик, или составленное им изложение исповедания веры, куда внесено было и монофелитское зломудрие. На сем соборе осудили и прокляли монофелитство, и типик царский, и всех приемлющих это еретическое учение. За тем такое соборное определение разослали всюду, по Западу и Востоку.

Разгневанный тем царь распорядился схватить и папу Св. Мартина, и Св. Максима, и привезти в Царьград. По доставлении их сюда, Св. Мартина, после неимоверных истязаний сослали в заточение в Херсонес, где он и скончался (655 г.). А Св. Максима принялись склонять на свою сторону, что и делали очень усердно: сначала в царских палатах; потом в узилище в Цареграде; далее в Фракийском городке, Визие, месте перваго заточения Св. страдальца; затем, повызове оттуда, опять в Цареграде, в обители Св. феодора, где он был помещен, — в более торжественной и грозной обстановке. Дело производили сенаторы, присутствовали присем иной раз и архиереи. Целью имелось убедить Св. Максима согласиться на их учение, или хоть подписать типик, или хоть молчать. Ничто неудалось. Истина православия в устах Св. Максима являлась всякой раз победоносною, и заставляла не молчать только, но и преклоняться противников. Мужество поборника истины покушались поколебать, и обещаниями, и угрозами, и указаниями, как обойти истину не заметно для других, наконец на последнем собрании и побоями. Ничто не помогло; и Св. Максима сослали во второе место заточения чрез Селимврию в Перверу, в прибрежиях Мраморнаго моря к западной стороне.

Но врагам истины не спалось; и Св. Максим снова вызван был в Царьград для увещаний, окончательных, кои и велись с большею настойчивостию, но также безуспешно, в трех приемах: в царских палатах, в узилище, и опять в палатах, где постановлено было и последнее решение: оставить страстотерпца в живых, но наложит ему муки, тягчайшия смерти. И предали его с сею целью в руки градскаго епарха.

Этот — же безчеловечный мучитель, взяв преподобнаго, ввел его в претор, повелел обнажить и, простерши на земле, бить острейшими жилами. И били старца Божия столь безчеловечно, что неосталось ни одного целаго места на теле его, и кровию обагрилась вся земля под ним. — За тем едва дышащаго ввергли его в темницу.

На утро взяли Святаго опять в претор, — и еще жесточайшей подвергли казни: отрезали ему язык, богоглаголивый и ересеобличителный, и отсекли руку правую ножем и млатом за писание учительных и обличительных книг. Потом, извлекши из претора, раздетаго и разутаго, влачили по тор–жищу на поругание, показывая народу отрезанные — - язык и руку.

Наконец после таких безчеловечных мучений и поруганий отослали Святаго в далекое изгнание, в Мингрелию; и там заключили в Схемарскую темницу, где, прострадав три года, всякую терпя нужду. Св, Максим отошел ко Господу, утешен быв пред смертию некиим известительным видением. Это было в 662 году. Память Святаго Максима совершается 21 января.

Св. Максим оставил много писаний, и догматических и обличительных, более же нравоучительных и аскетических. В Греческом Добротолюбии помещены из них: главы о любви, числом четыреста; семсот глав о Пресвятой Троице, и о воплощении Бога—Слова, — более же о добродетелях и страстях; и толкование о молитве Господней.

Мы заимствуем из сего в свой сборник: — главы о молитве все, как есть; из семи же сот глав делаем выборку более удобопонятных, и более нравоучительных и аскетических глав. — В замен опускаемаго здесь, вносим, по изданию Migne: подвижническое слово.

ТАКИМ ОБРАЗОМ

ИЗ СВ. МАКСИМА ПРЕДЛАГАЮТСЯ: