ДОБРОТОЛЮБИЕ

Феофан в хронографе своем кончину его полагает в 26 году царствования Феодосия юнейшаго, который соответствует 432—3 году. В месяцеслове Императора Василия память его указывается 28 Марта. У нас, как и на всем востоке, ныне поминается он со всеми преподобными в сырную субботу. В каноне св. Феодора Студита на сей день в 9 п. он поставляется в сонме великих учителей Василия Великаго, Григория Богослова, Иоанна Златоустаго, Афанасия Великаго, двух Кириллов — Иерусалимскаго и Александрийскаго, св. Епифания, Григория Нисскаго, — и именуется другим богословом, разумеется, после Григория Богослова.

По ученым трудам своим преп. Исихий был достойным учеником св. Григория Богослова. Месяцеслов Импер. Василия, отличая в преп. Исихие проповедника и толкователя Св. Писания, говорит: «все Святое Писание изъяснил и изложил он с ясностию и предложил для общей пользы; почему для всех был весьма знаменит и удивителен».

Из многих его творений, подражая Греческому Добротолюбию, заимствуем в наш подобный сборник одно на 203 главы разделенное слово к Феодулу, как самое полезное для желающих навыкнуть трезвению, вниманию и хранению сердца. Блаж. Фотий в своей филокалии в 198 чтении, именует слово сие «паче всякаго другаго писания пригодным для проводящих подвижническую жизнь ради наследия царства небеснаго. Изложено оно, говорит, ясно и по всему таково, какое требуется для людей, не упражняющихся в глубоких изследованиях, но весь труд и все тщание обращающих на подвиги деятельной жизни».

[При переводе Греческий текст Добротолюбия был дополняем в некоторых местах из Patiologiae Graecae Migne t. 93].

Преподобнаго Исихия, пресвитера Иерусалимскаго, к Феодулу

душеполезное и спасительное слово о трезвении и молитве.

1.

— Само же оно есть собственно чистота сердца, которая по величию своему и своим высоким качествам или, истиннее сказать, по нашему невниманию и нерадению, крайне редка ныне у монахов; между тем, как Христос ублажает ее, говоря: блаженни чистии сердцем: яко тии Бога узрят (Мф. 5, 8). Будучи таковым, оно и покупается дорогою ценою. Трезвение, если оно постоянно пребывает в человеке, делается для него путеводительницею к правой и богоугодной жизни. Оно есть и лествица к созерцанию; оно же научает нас право править движениями троечастности души (т. — е. трех сил: мыслительной, раздражительной и желательной) и твердо хранить чувства, — и в причастнике своем каждодневно возращает четыре главныя добродетели (т. — е. мудрость, мужество, воздержание и справедливость).

2. Великий Законодатель Моисей, паче же Дух Святый, показывая, сколь сия добродетель непорочна, чиста, всеобъемлюща и высокотворна и научая нас, как должно начинать ее и совершать, говорит: внемли себе, да не будет слово тайно в сердце твоем беззакония (Втор. 15, 9), тайным словом называя одно мысленное воображение какой–либо греховной, Богу ненавистной, вещи: что св. Отцы называют также приводимым в сердце от диавола прилогом, за которым, вслед за появлением его в уме, тотчас последуют наши помыслы и страстно с ним разглагольствуют.

3. Трезвение есть путь всякой добродетели и заповеди Божией; оно называется также сердечным безмолвием, и есть тоже, что хранение ума, в совершенной немечтательности держимаго.

4. Невидит солнечнаго света родившийся слепым: так невидит сияний богато нисходящей свыше благодати тот, кто не живет в трезвении; не освободится он также от греховных, Богу ненавистных дел, слов и помышлений. Таковые во исходе своем не минуют свободно (имеющих сретить их) князей тартара.

5. Внимание есть непрестанное от всякаго помысла безмолвие сердца, в коем оно Христом Иисусом, Сыном Божиим и Богом, и Им Одним всегда, непрерывно и непрестанно дышет, Его призывает, с Ним мужественно ополчается против врагов, и Ему, имеющему власть оставлять грехи, исповедует свои прегрешения. Такая душа чрез призывание часто объемлет Христа, Единаго тайноведца сердец, от людей же всех всячески старается скрыть свою сладость и свой внутренний подвиг, чтобы враг лукавый как–нибудь не дал удобнаго в нее входа злу и не уничтожил добрейшаго ея делания.

6. Трезвение есть твердое водружение помысла ума и стояние его у двери сердца; так что он видит, как подходят чуждые помыслы, эти воры — окрадыватели, слышит, что говорят и что делают эти губители, и какой демоны начертывают и установляют образ, покушаясь, увлекши чрез него в мечтания ум, обольстить его. Коли будем люботрудно проходить такое действование, то оно, если хотим, очень основательно и внятно, на опыте покажет искусство мысленной брани и доставит опытность в ней.

7. Сугубый страх, с одной стороны от оставлений Божиих, с другой от обучительнаго попущения искушений внешних, обыкновенно рождает частость надзирательнаго внимания в уме человека, старающагося заградить источник худых помыслов и дел. Для этого именно и оставления бывают, и посылаются нечаянныя искушения от Бога, к исправлению жизни нашей, особенно когда кто вкусил сладость упокоения от добра сего (внимания и трезвения), — и вознерадел. — От частости сей рождается навык; от этого — естественная некая непрерывность трезвения; а от сего, по свойству его, мало–по–малу порождается видение брани, за которым последует непрестанная молитва Иисусова, сладостная без мечтаний тишина ума, и дивное некое состояние, исходящее от сочетания со Иисусом.

8. Ум, стоящий и призывающий Христа на врагов и к Нему прибегающий, подобен зверю какому–нибудь, который быв окружен множеством псов, мужественно стоит против них, укрывшись в некоем ограждении. Издали, приводя мысленно мысленные ковы невидимых врагов, он непрестанно против них молится Миротворцу Иисусу, и чрез то пребывает неуязвимым ими.

9. Если ведаешь, и дано тебе заутра представать пред Господа, — и не только зриму быть, но и зреть (Пс. 5, 4); то ты разумеешь, о чем я говорю. Если же нет, трезвенствуй, и получишь.

10. Состав морей — множество вод; а состав и твердыня трезвения бодренности и углубленнаго безмолвия души, равно как бездна созерцаний дивных и неизреченных, и разумного смирения, правоты и любви есть (само же одно) крайнее трезвение и ко Христу Иисусу без помыслов с воздыханиями молитва, непрестанная, притрудная, но без уныния и скучания (Лук. 18, 1).

11. Не всяк глаголяй Ми: Господи Господи, внидет, говорит Господь, в царствие небесное, но творяй волю Отца Моего (Мф. 7, 21). Воля же Отца Его есть сия: любящии Господа, ненавидите злая (Пс. 96, 10). Итак при молитве к Иисусу Христу возненавидим злые помыслы, — и воля Божия исполнена.

12. Владыка наш и Бог, воплотившись предложил начертание всякой добродетели в пример роду человеческому и в воззвание от древняго падения, живописав все добродетельное Свое во плоти житие. В числе многих других показанных Им добрых примеров, Он возшедши по крещении в пустыню, с постом вступил там в мысленную брань с диаволом, приступившим к Нему, как к простому человеку; и образом победы над ним, т. — е. смирением, постом, молитвою и трезвением, кои держал Он, не имея в них нужды, как Бог и Бог богов, научил и нас, неключимых рабов, как держать достодолжно брань против духов злобы.

13. То, сколько, по моему, есть способов (приемов) трезвения, могущих мало–по–малу очистить ум от страстных помыслов, се, — я не поленюсь означить тебе не красною и не испещренною речью. Ибо я не считаю разумным и в этом слове, как бывает в повествованиях о внешних войнах набором речений закрывать полезное, особенно для людей простых… Ты же, чадо Тимофее, скажу тебе словом Апостола, внемли тому, что будешь читать (1 Тим. 4, 13).

14. Итак один способ (прием) трезвения есть: — смотреть неотступно за мечтанием, или за прилогом; ибо без мечтания сатана не может устраивать помыслы и представлять их уму к его прельщению обманом.

15. Другой: — иметь сердце глубоко всегда молчащим и от всякаго помысла безмолвствующим, и молиться.

16. Иной: — непрестанно в смирении призывать на помощь Господа Иисуса Христа.

17. Иной еще способ, иметь в душе непрестанное памятование о смерти.

18. Все сии делания, возлюбленный, подобно привратникам, возбраняют вход худым помышлениям; о том же, что должно лишь к небу взирать (занимать всегда ум созерцанием вещей небесных), ни во что вменяя землю (и все земное), — что также есть один из действенных способов трезвения, как и прочие, — об этом я с помощию Бога, дающаго слово, изложу обстоятельнее в другом месте.