Страница 50 из 53
Воспитывала детей сестры, помогала им материально и духовно. Владыке Вениамину была предана беззаветно.— П.П. ^ Архимандрит Феодорит (Федор Иванович Воробьев; 1899–1973) был насельником Лавры 17 лет (с 1956 г.), в том числе 11 лет — благочинным. До сих пор многие прихожане помнят его замечательные проповеди.— Ред. ^ Иеромонах Павел (Троицкий; 1991 г.) — бывший насельник Данилова монастыря, арестовывался в конце 20-х г. и в 1939 г. Провел в лагерях более 15-ти лет. После освобождения в 1955 г. жил затворником в д. Кувшиново Тверской обл.— Ред. ^ Рубикон — река, разделяющая северную и центральную Италию, ставшая символом трудного и окончательного выбора, рубежа, благодаря Юлию Цезарю, который, перейдя эту реку со словами: "Жребий брошен", повел свои войска на Рим. ^ Архиепископ Днепропетровский и Запорожский Андрей (Комаров Анатолий Андреевич; 1879–1955) несколько раз занимал Саратовскую кафедру. Известен мудростью в управлении, строгостью в канонических вопросах, подвижнической жизнью. ^ Этот фрагмент — ответ на реплику одного лица о чуждости ему мировоззрения батюшки.— П.П. ^ Талант — здесь: дар. ^ См.: Есть тело душевное, есть тело и духовное (1 Кор. 15, 44).— Ред. ^
Воспоминания Елизаветы Нестеровны Р.о посещении могилы старца епископа Вениамина (Милова)
Как-то в один из праздников я и моя сестра Нина Нестеровна были в гостях у Александры Иосифовны — одной из духовных чад епископа Вениамина (Милова). При воспоминании о батюшке, о его священнослужении в Покровском монастыре, а также по ее совету мы решили обязательно побывать в г. Саратове и посетить его могилу. Александра Иосифовна дала нам примерный ориентир о расположении его могилы на кладбище и, как бы подтверждая наше желание, сказала: "Поезжайте, найдете, Господь вам в этом поможет".Это было весной. Выходные майские дни совпали с пасхальными днями, и мы решили их использовать для поездки в Саратов. По приезде мы решили в тот же день взять обратные билеты на Москву, так как в этом городе знакомых у нас не было и задерживаться нам здесь не следовало.Входим в вокзал и слышим, объявляют по радио, что все билеты на Москву проданы. Мы стоим у закрытого окошка кассы и думаем, что нам делать.Первое искушение и первое чудо в этом путешествии по молитве к батюшке о помощи произошло тут же, на вокзале. Вдруг открывается окошко кассы и кассир спрашивает нас: "Вам до какого города нужны билеты?" Отвечаем: "До Москвы". — "Вот два купейных билета". — "Нам бы два плацкартных". Кассир смотрит на нас с удивлением и говорит: "Да вы что! Все билеты на Москву проданы, эти два только что случайно сданы".
Берем их и думаем: "Да нам их Сам Господь послал по молитве батюшки, а мы еще возражаем!".Приходим на остановку трамвая, спрашиваем, на каком трамвае можно доехать до кладбища. Одна из женщин, которая назвала номер трамвая, подходит к нам с вопросом: "Вы из Москвы? Вы спрашивали, как доехать до кладбища, а как же вы найдете могилу? Да притом в городе два кладбища!". Мы не знаем, что ответить.Приехали на кладбище. Ворота открыты, а на кладбище ни одного живого человека. Майские праздничные дни мы совсем не учли. Походили, поискали — все напрасно. Что делать? Вдруг появляется дворник. Подходим к нему и спрашиваем: "Скажите, пожалуйста, где находится могила владыки Вениамина (Милова)?" Отвечает, что он такой могилы не знает. В отчаянии мы призываем на помощь батюшку: "Батюшка, приехали к тебе на могилочку, помоги нам ее найти!"И опять чудо. Нам навстречу идет женщина в одежде черного цвета, одетая, как монахиня. Спрашиваем ее, она, не рассуждая, только лишь сказала: "Идемте". Привела к могиле, а куда и как исчезла, не можем понять до сих пор.Сидим у могилочки, радуемся и благодарим Господа, что Он по молитве старца не посрамил наше желание. Поставили на могилу свежие цветы, которые привезли из Москвы, положили красное яичко, пропели пасхальные тропари. Сидим и разговариваем с батюшкой, как с живым, и беседуем между собой.
И вот вспоминает Нина, как она в возрасте пяти лет, гуляя со своей крестной, Евдокией Адриановной, по территории Покровского монастыря (они тогда недалеко от него жили), случайно, в небогослужебное время, зашла в храм и увидела, что батюшка выходит из алтаря и идет им навстречу. Нина оставляет крестную, бежит к нему и вдруг неожиданно падает, растянувшись прямо у ног батюшки. Затем встает, протягивает свои ручонки для благословения и говорит ему: "Батюшка, благословите меня в монастырь!" Батюшка строго смотрит на крестную и спрашивает: "Кто научил?". Евдокия Адриановна с трепетом отвечает: "Никто, батюшка". Тогда он, с кроткой, радостной, свойственной ему одному улыбкой, благословляет и говорит: "Господь благословит"."Какая была для меня тогда необыкновенная радость!" — вспоминала она уже в зрелом возрасте, пройдя жизненные испытания.Любовь батюшки к деткам была настолько велика, что они не могли ее не чувствовать, и поэтому дети тянулись к нему с ответной искренней детской любовью. Как Нина и Алеша любили посещать его келлию с крестной, когда батюшка приглашал их к себе! А полученная от него просфора была для них лучше всякого лакомства.
Вспоминала также, как они с крестной, да и со всей семьей были за вечерним богослужением в Покровском монастыре в Прощеное воскресенье; как народ непрерывным потоком шел к батюшке получить прощение и благословение на предстоящий Великий пост.Батюшка, прежде чем преподать благословение, первый делал земной поклон не только инокам Покровской обители, но и всем подходящим к нему для благословения людям.Этот обряд прощения она вспоминала с пятилетнего возраста на протяжении всей своей жизни. Вспоминала и благодарила здесь, у могилы, за его благословение и за святые молитвы пред Богом, которыми она жила и спасалась, работая в поле.В 1948 году она окончила Московский институт геодезии и картографии и должна была ехать по распределению в город Алма-Ату, сроком на три года.Батюшка тогда находился в Троице-Сергиевой Лавре. Чудесным образом смогла она подойти к нему, чтобы получить благословение. Он уже тогда избегал тесного общения с людьми и молвы о нем.Нина подошла к нему и спросила, ехать ей или нет в назначенный город для работы: "Если я поеду, то хочу взять с собой и Лизу". Батюшка посмотрел на нее строго и сказал: "А она зачем?". И, не дожидаясь ответа, кротко и ласково благословил ее и сказал: "Поезжай, поезжай, Нина.
Все, все будет хорошо".И вот здесь, сидя у его могилы, она вспоминала его слова, сказанные ей при благословении,и рассказывала ему, как и при каких тяжелых условиях ей пришлось работать в поле.В Алма-Ате зарегистрировали ее приезд и направили в город Павлодар. При сильном морозе и снежных заносах, непривычных для нее, молитва батюшки охраняла от болезни.Весной надо было выезжать в поле, то есть в степь, проводить нивелирование местности первого класса. 23-летняя девушка, одна в степи, и под ее началом семь рабочих мужчин и одна женщина-повар. Рабочие — все бывшие заключенные, без паспорта, со справкой об освобождении от ареста. Рваные, грязные, голодные и вдобавок с насекомыми. Помыться негде, постирать также негде, да еще опасность от зверей: степные волки, лисы, змеи, а вокруг расположились лагеря с заключенными. Провизию подвозили не всегда аккуратно, приходилось по нескольку дней питаться пресными лепешками. Жили в палатках. Однажды под осень по окончании работы подул сильный ветер с дождем и снегом, за ночь палатки обледенели, лошади тоже; люди думали, что и сами замерзнут в степи. Наблюдение местности производили по нескольку километров в день. Передвигались пешком, лошадь использовали только для перевозки геодезических инструментов, бочки с водой, палаток и др. На следующий год лошадь заменили машиной, при этом шофер оказался бандитом, который отсидел 10 лет за убийство.
Подозревали, что он убил и начальницу ОТК, которая не послушала совета Нины и поехала с ним одна в поле принимать работу, взяв с собой ружье для охоты на диких коз. Искали ее в степи неделю и нашли одни кости — труп растерзали степные волки и лисы. Нина же с этим шофером работала все лето. Она была строгим и справедливым начальником, питалась за одним столом с рабочими и за ее доброе отношение к ним пользовалась их уважением.Не раз вспоминала она в поле слова старца Вениамина: "Поезжай, все, все будет хорошо". Верила им и его молитве, да и сама молилась Казанской иконе Божией Матери, которая была зашита в ее подушку. Начальники других партий, которые шли параллельно с Ниной за несколько километров, потерпели тяжелые бедствия: у одного степные волки загрызли лошадь, у другого произошел степной пожар от грозы.Были и отрадные дни пребывания ее в Казахстане. Закончив работу в поле, она возвращалась в Павлодар и в зимнее время обрабатывала полевой материал. Жила в частном доме у хозяйки, которая сдавала ей угол для жилья, а большую комнату — священнику с семьей.Праздник Рождества Господня всегда справляли все вместе, с батюшкой.