Страница 44 из 52
"Вижу, — говорит, — небеса отверста, и Сына Человеча, одесную стояща Бога" (Деян. 7, 56). Когда видит? В то время, когда готовилось ему убийство камнями. Хорошо Священное Писание уподобляет зиждущего свою храмину на камне мудрому человеку (Мф. 7, 24); ибо только тот достоин с мудрыми девами войти в чертог небесный (Мф. 25,1-10)
, кто дом спасения своего на твердом камне тяжелого подвижнического жития старается создать, являясь тяжелым для своей плоти и подвижником против настигающих его греховных вожделений. "Положи возглавие себе". Камень сей, на котором почил Иаков, был, как думаем, преобразованием Христа, Господа нашего, Который говорит: "Приидите ко Мне вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы" (Мф. 11, 28).
Он — возглавие для трудолюбивых, на котором не только в будущей жизни упокоятся все трудившиеся здесь ради Него, но и в настоящей сей жизни сладко упокоеваются те, которые любовь Божественную в сердцах своих имеют, считают жизнь сию странствованием и усердно стремятся к горнему отечеству, проливая свой пот и принимая на себя неленостные деннонощные труды.
Ибо каждый из таковых, если только возведет ум свой к любимому своему Владыке, во имя любви Которого трудится, тотчас для него всякий труд становится легким. Для любящего Христа не бывает тяжелым какой-либо, хотя и величайший труд, совершаемый ради любви Христовой и ради славы святого имени Его. Вспоминает святой апостол Павел свои труды, говоря: "В труде и подвизе, в бдениях множицею, во алчбе и жажди, в пощениих многащи, в зиме и наготе любве Его ради, нападение еже по вся дни, и попечение о всех церквах" (2 Кор. 11, 27-28).
Поистине, велики были труды апостольские, не только труды, но и бедствия, раны, темницы, повседневная смерть: "В трудех, — говорит он, — множае, в ранах преболе, в темницах излиха, в смертех многащи" (2 Кор. 11, 23). Святой Златоуст, рассуждая об этом, говорит : "Он беды трудов и труды бед принимал великие и частые и нисколько не оставлял времени для отдыха". И что же Апостол?
Утрудился ли он, изнемог ли от стольких тяжких и многобедственных трудов? Никак нет, ибо говорит: "Кто изнемогает, аз не изнемогаю" (2 Кор. 11, 29). Что же Апостолу служило облегчением в столь великих и неудобоносимых трудах? Не иное что, как только любовь, обращенная ко Христу Господу, с которой ничто не могло его разлучить — ни скорбь, ни теснота, ни гонение, ни голод, ни нагота ни беда, ни меч (Рим. 8, 35)
, но все тяжкие бремена легкими были для него ради любви ко Христу, как он сам говорит: "О сих всех препобеждаем за возлюбльшаго ны" (Рим. 8, 37). О сколь многие труды подъяли скитающиеся в пустынях, горах, вертепах и земных пропастях преподобные отцы, борясь днем и ночью с невидимыми супостатами и распинаясь со страстьми и похотьми!
Однако все сии труды для них не были тягостными, ибо они имели единую отраду — Христову любовь Божественную, ради которой все им казалось легким, по слову возлюбившего нас Христа: "Иго Мое благо и бремя Мое легко есть" (Мф. И, 30). Что же мы скажем о святых мучениках? Сколь великий труд они понесли, подъяв узы, муки, раны и многоразличные смерти?
Не кажется ли для нашей немощной плоти все сие слишком тяжелым? Однако для них было сие легко и радостно, ибо их ум весь был во Христе Боге, как бы почивая на возглавии, и сердце их услаждалось Его Божественною любовью. И ныне кто-либо из истинных рабов Христовых, в чем-либо трудящийся, а в трудах своих не себя, но Христа взыскующий, если он только помыслит, ради Кого трудится, тотчас для него становится легким его труд, и он еще более трудиться желает и вменяет себе свой труд не за труд, а за покой и прохладу.
Ибо если трудящиеся для себя ради собственной какой-либо корысти временной имеют в трудах своих отраду, самую надежду на получение того, ради чего они трудятся, чтобы получить желаемое, то сколь же большую имеют отраду — Самого Христа трудящиеся ради Христа? Он — их надежда, Он — утешение, Он — их желание и неизменное наслаждение, и они трудятся, чтобы приобресть Христа, чтобы быть Им возлюбленными, чтобы насладиться Его любовью.
И они не лишаются своей надежды, ибо "упование не посрамляет" (Рим. 5, 5). Иаков, на возглавии каменном почив, увидел лествицу к небу, ангелов и Самого Бога; почивающему же благо-мысленным умом во Христе Боге, Который есть духовный Камень ("Камень бе Христос" (1Кор. 10, 4)), и углубляющему в Него свою мысль готов вход на небо, водворение с ангелами и сладостное лицезрение Христа. "Видел сон" (Быт. 28, 12).
Сны бывают троякие: или от Бога, или от демона, или от естества. От Бога был сон, например, у праведного Иакова, видевшего лествицу, и у прекрасного Иосифа, видевшего солнце, луну и звезды, которые кланялись ему, и снопы, которые кланялись его снопу. И другому святому Иосифу древоделателю было от Бога сонное видение о Пречистой Деве Богородице, а также и кланявшимся Христу трем персидским волхвам, которые не должны были возвращаться к Ироду.
Были и другим сны от Бога, не только святым, но и грешным, как Авимелеху Герарскому относительно жены Авраамовой, Фараону о семи коровах и колосьях, Навуходоносору о златоглавом истукане и великом дубе, и другим о других вещах. От демона сновидение было, например, одному чернецу, о котором преподобный Антиох пишет следующее: "На горе Синайской был один монах, который очень усердно подвизался в хижине, затворяясь на многие лета.
При всем том он верил снам и был поруган диаволом, так как склонился к иудейскому обрезанию. Диавол неоднократно показывал ему сонные видения, которыми обольстил его ум и помрачил его. Впоследствии диавол показал ему, что будто лики апостолов, мучеников и всех христиан во тьме и исполнены всякого наказания, а против них богомерзкий лик иудейский, озаряемый светом и исполненный радости.
Встал тогда окаянный и оставил святую гору, пошел в Палестину, в жилища иудейские, обрезался и стал иудеем. Взял он и жену и открыто вступал в споры с христианами, защищая иудейство. После сего не прожил он и трех лет, как умер злою смертью: еще будучи живым, он начал гнить и умер, съедаемый червями. Увидев сего, — говорит Антиох, — я и иные чернецы плакали, ибо он был по виду добрым мужем, покрытым сединами, состарившимся в посте и трудах и погибшим из-за веры снам".
Что же касается, наконец, до сновидений от естества, то они суть обычные сновидения каждого человека; однако и они бывают двоякие. Иные сновидения суть в уме мечтания, когда кто-либо мечтает о том, что он видел или слышал умом, или когда долго помышляет о том, чего желает или чего боится, и этим продолжительным измышлением в уме своем это начертывает, тогда таковой и во сне то же самое видит, в чем прежде сна долго углублялся умом своим.
Об этом вспоминает и святой Златоуст в своих беседах на Послания апостольские, говоря: "Когда ты сии повествования, видения и слышания содержишь в душе, то и подобные сны приемлешь: душа твоя привыкает (во сне) мечтать о том, что она думает и желает днем" (Златоуст. На Первое послание к Солунянам, беседа 5-я). О том же повествует и святой Иоанн Лествичник, что человек во сне видит то же самое, что имеет во время бодрствования в своем помышлении и желании.
Беседуя о сне, он говорит следующее: "Кто истинно любит, тот всегда держит в уме своем любимое лицо и его (в своем сердце) сладостно объемлет; он и во сне не может молчать от желания, но вступает в беседу с желательным лицом. Некто, уязвившись, говорил о себе, что я сплю ради естественной потребности, но сердце мое бодрствует (Песн. 5, 2) по причине множества желаний" (Слово 30, гл. 13). О святом епископе Вассиане (1 июня)
, который был другом святого Амвросия, пишется, что он еще в юных своих летах во время сна устами своими прозносил молитвенные слова, призывая имя Бога, в Троице единого; к Кому в бодрственном состоянии воссылал теплые молитвы, к Тому и во сне молился; во сне, как видно, он делал то же самое, что творил и наяву. Другого же рода естественные сновидения бывают от превозмогающего какого-либо в человеке внутреннего растворения и влаги или же немоществования. Если в ком берет верх (
над прочими составными частями человеческого тела) холера (желчь), то он бывает гневливым, и снятся ему брани, бой, огненное пламя. Если кто флегматик, то есть полон мокроты, тому во сне кажутся воды, бездны, плавания, утопления в медленное бежание от какой-либо вредоносной вещи. Если в ком превозмогает кровь, тому снятся музыка, пиршества, вертограды, птицы, летания.