Страница 11 из 36
Какой же предмет пророчества Захариина? Тот же, что и песни Марииной. Захария благодарит Бога за посещение, о котором он прямо говорит, и изображает сие посещение с различных сторон; потом обращается к сыну и раскрывает в речи своей то, что он слышал прежде от Ангела. Это - восторженная песнь или святой гимн. «Благословен Господь Бог Израилев, яко посети и сотвори избавление людем Своим» (Лк. 1; 68). Явно здесь Захария имеет в виду пророчество об избавлении Израиля, и настоящее бедственное положение его требовало освобождения. «Посети»: выражение библейское, прилагаемое к Промыслу, так сказать, любимое в Священном Писании. Он выражается в Писании под именем пришествия и удаления. Какое здесь избавление разумеет Захария? Их может быть два: избавление от бед физических и от грехов. «Воздвиже рог спасения нам, в дому Давида, отрока Своего» (Лк. 1; 69). Выражение сие (рог) могло быть занято, и вероятно занято, из простого быта животных. Для многих животных, особенно в Палестине, спасение действительно состоит в рогах. Еще выражение сие могло быть занято от священного места. Известно, что в скинии было возвышение наподобие рогов, и называлось рогами алтаря. У евреев, и даже у язычников, был обычай, что преступник, поспешно прибежавший и ухватившийся за рог алтаря, оставался неприкосновенным для суда и наказания. Отсюда и Давид иногда называет Бога - "рогом спасения, скалою".
Вообще, это выражение означает источник спасения. «Давида, отрока Своего». Давид здесь называется «отроком», то есть приближенным к Богу, доверенным. «Яко же глагола усты святых сущих от века пророк Его» (Лк. 1; 70). Здесь Захария говорит о пророчествах, в разные времена разным мужам данным, об избавлении Израиля. В новейшие времена у некоторых неправославных изъяснителей Священного Писания составилось понятие, что пророчества в деле веры не так важны, что их легко можно и оставить. Мысль сия ложна и есть следствие антирелигиозного направления мыслей нынешних ученых. Пророчества составляют златую цепь, связующую времена и народы. В Ветхом Завете мы видим, что и грешные и праведные в смутных обстоятельствах своей жизни прибегали к пророчествам. Иисус Христос и апостолы ссылались на них. Апостол Петр называет пророчества светильником, сияющим «в темном месте» (2 Пет. 1; 19). Какая же сущность пророчества Захарии? Две стороны различаются в нем, и два приметны направления мыслей: 1) Бог сотворил милость со отцами; 2) помянул Завет Свой с ними; одно благо обещается чувственное: обещается освобождение Иудеев от притеснений; другое - дарование благ духовных. «Служити Ему преподобием и правдою пред Ним вся дни живота нашего» (Лк. 1; 75).
Таким образом, Захария ожидал от Мессии восстановления Царства Давидова, освобождения временного; но что Царство Иисуса Христа «несть от мира сего» (Ин. 18; 36), что Его ожидает крест, - эта тайна не могла быть вдруг показана, ибо она была не по силам тогдашних людей, коим давалось откровение. Посему и неудивительно, что с ожиданием от Мессии благ духовных было соединено ожидание благ чувственных. Причиной такого ожидания, между прочим, было то, что в некоторых пророчествах было обещание благ чувственных. Последствия показали, что пророчества о благах чувственных, соединенных с пришествием Мессии, выполнены хотя нескоро, но во всей полноте, и не над Израилем ветхим (плотским), но над Израилем новым. Так, христиане сделались теперь распорядителями судьбы почти целого мира, народом сильнейшим, богатейшим, просвещеннейшим всех прочих. Апостол Павел так изъясняет имя Израиля: «не вси бо сущий от Израиля, сии Израиль» (Рим. 9; 6). Но некоторые спрашивают: почему не произошло скорейшего исполнения оных пророчеств? Подобные ожидания видим в первом и втором веке по Рождестве Христовом, когда у многих из христиан была та мысль, что скоро конец мира, скоро явится антихрист (так что апостол Павел принужден был учеников своих предостеречь от сей мысли). Говорят, что в царствование Иисуса Христа все праведники Иудейские и даже все Иудеи воскреснут и будут блаженствовать.
Промысл в таких предметах, коих знание или незнание не вредит людям, предоставляет ход их естественному порядку вещей. У Захарии та мысль, что праведники и по смерти в другом мире не перестают любить своих потомков на земле; посему оказание потомкам милости есть как мы милость им самим. С другой стороны, Иисус Христос недолго совершал Свое служение на земле: три года с половиной, а после перешел в другой мир, нисходил в ад по смерти, и вознесся на небо - туда, где находится лоно праведников, а с Ним, без сомнения, хорошо им. «Клятву, еюже клятся ко Аврааму отцу нашему» (Лк. 1; 73). «Клятся»: указывается на милость ко всем отцам, а не на клятву только Аврааму. Это нередко встречается в Библии. Бог часто представляется так действующим в отношении к какому-либо известному лицу. Не противоречит ли это тому, что Бог не имеет лицеприятия? Не сокращается ли здесь каким-либо образом всеобъемлющая любовь Божия? Нет. Всеобщность любви Божией здесь остается во всей силе. Это бывает вследствие необходимых законов существа Божественного и человеческого. Божественное земным может быть принимаемо различно. Если приемлемость со стороны людей велика, то Промысл выказывает им Себя в большей полноте. Можно сказать, что от самого человека зависит брать от Бога много или мало. Посему нельзя и удивляться, что Бог как бы особенно иногда относится к праведнику.
В человеке иногда может сосредоточиваться много, от умственных и нравственных его действий, как и в одном поступке его много сосредоточивается добра и зла. Таково преступление Адама, последствия которого особенно обнаружились в крестной смерти Иисуса Христа. Такие люди, как Авраам, Моисей, Иоанн, привлекали и привлекают на род человеческий Божие благословение в лице Иисуса Христа. Прекрасная черта здесь же открывается в самом Захарии, как и во всем Иудейском народе: относить всю милость Божию к отцам. В позднейшие времена родилось какое-то забвение отцов; люди стали все приписывать себе. Рассматривая жизнь новейших народов, замечаем в них какое-то отчуждение от предков. Это есть, конечно, следствие большого развития сил, и в сем направлении есть, конечно, доброе, но оно заключает в себе нечто похожее на существо злых духов, темных, где в каждом существе совмещается целый мир. У людей же должны быть общие чувствования, общие блага, общая вера. Так, повторим опять, над Израилем ветхим не сбылось пророчество о даровании ему благ чувственных; но не сбылось потому, что со стороны самого Израиля не сбылось главное условие - принятие Мессии. С этим неисполнением обетования некоторые толковники, так сказать, не знают что делать, и потому, толкуя о благах чувственных, стараются как бы вытолковать из них блага духовные. Но зачем же отвергать обетование благ чувственных?
Если Бог не пощадил для людей Единородного Сына Своего, то пощадит ли Он для них блага чувственные? Посему-то Иисус Христос, входя в Иерусалим пред смертию Своею, со слезами обратился к нему и говорил: "Иерусалиме, Иерусалиме! Если бы ты «разумел» день «твоего посещения» (Лк. 19; 44), то не постигли бы тебя такие бедствия; ныне же «приидут дние на тя, и обложат врази твои острог о тебе, и обыдут тя и объимут тя отвсюду» " (Лк. 19; 43). Но почему, говорят, пророчество о благах чувственных не исполнилось над Израилем во времена Иисуса Христа? Тогда многие уверовали бы в Него. На это нужно сказать, что надобно прежде служить Богу преподобием и правдой, чтобы получить от Него награду. В то время, как был Иисус Христос, Антиохова гонения не было, храм был отверст, вход в него был свободен всем. Все благоприятствовало Иудеям служить Богу и исполнять Его закон. Притом, в краткое время служения Иисуса Христа нельзя было наделить Иудеев вдруг всеми благами; иначе это означало бы строить чудо на чуде; весь порядок политический нужно было бы переменить, а это было бы вредно. «И ты, отроча, пророк Вышняго наречешися: предъидеши бо пред лицем Господним, уготовати пути Его» (Лк. 1; 76). Взор Захарии теперь обращается к сыну. Что за обращение к младенцу? Не есть ли это обращение пророческое? Так иногда пророки обращались к вещам неодушевленным и разговаривали с ними.