Божии люди

Он ушел на Украину, последние же годы жил в С. И все время тосковал по монастырю.- В монастыре тебя в Царство Небесное в спину толкают, - говорил он.Он был духовным сыном оптинского старца, о. Амвросия. Последний, под видом некоей юродивости, дал о. Тихону заповедь:- Будь почудаковатее!И поэтому он всегда шутил, смеялся, рассказывал веселые случаи, поговорки и пр. Жалобы, уныние, огорчение - не были знакомы ему, особенно, на людях, а сердечный плач он скрывал. Лицо у него всегда было светлое, сияющее, розовое, без единой морщинки. И в девяносто лет он был бодр и весел, не походил на старика.Но в присутствии тех, кому он доверял, был строг и серьезен.Он был наделен от Бога даром старчества рассказывается об этом несколько случаев.Одна пожилая женщина, потерявшая в войну единственного сына и здоровье, оглянувшись на свою жизнь, пришла в отчаяние от множества своих грехов. Она была даже вовлечена в союз безбожников. Но не ответила прямо на вопрос, верующая ли она. Услышав про отца Тихона, она приехала к нему. Хозяйка дома, где он жил, не впустила ее. Озадаченная, она осталась около закрытой перед нею двери. Вдруг она отворилась, и ее позвала к старцу хозяйка. Войдя в его комнату, женщина зарыдала и не могла сказать ни слова... Успокоившись, она открыла все, сказала и об отчаянии. Старец ответил ей:- Вот отчаяние больше всех ваших грехов!

А у Бога милости на всех хватит!Получив благословение и указание - как ей жить дальше, - она ушла от него успокоенная, как будто бы она все грехи свои оставила у него.Другой случай. Девушка-сиротка пережила в конце осады Севастополя немцами страшное горе: на ее глазах в убежище, разбитом снарядом немцев, сгорела ее мать. Она сидела в стороне и ждала, когда останутся от матери хоть кости. Полубезумная, она отправилась в Б-ву, чтобы там схоронить останки. За ней пошел из С. священник, знавший ее; он принял ее и похоронил кости в своем саду. Поселившись в С., она узнала об о. Тихоне и привязалась к нему. Но скоро она заболела психически; ее отправили в больницу. Когда она оправилась, старец предложил ей делать массаж, будто бы он страдает ногами: девушка была знакома с массажем. Отец же архимандрит все время что-нибудь говорил ей. И она совсем выздоровела...Многих сироток он воспитал и дал им возможность обучиться; и теперь они в М. и в С. работают по бухгалтерии.Однажды к нему приехала игуменья закрытого монастыря М-я с келейницей. Он поместил их в одной семье и питал несколько лет.В последние годы, когда в Крым был назначен известный ученый-хирург, архиепископ Лука, о. Тихон был его духовником; и назначен духовником всей Крымской епархии. Он очень чтил его.

Узнав о смерти старца, архиепископ Лука бросился ему на грудь со словами и в слезах:- На кого ты меня оставил?За 20 дней до смерти старец перестал принимать пищу, ничего не вкушал кроме Причастия, а причащали его через день... Перед смертью соборовали его.

Иеромонах Серафим

Иеромонах Серафим был не простого звания. Братия, по наваждению врага, не любили его. Из обителей гнали его и считали недостойным постригать его в иноческий чин. В конце концов приняли в Херсонесский монастырь. Здесь он и прожил большую половину своей жизни, неся всякие послушания. А в последние годы, приняв схиму, провел почти в затворе всю остальную жизнь. Там он не принимал к себе почти никого. Вел строгую подвижническую жизнь. В келии его висело изображение страшного суда и стоял гроб, в котором старец и почивал. В изголовье лежал камень с углублением для головы. Но в последние годы жизни двери его келии открылись для простых людей, ищущих спасения души. Особенно стремились к нему старушки-странницы и ищущие спасения в миру.Однажды пришла к нему П. с маленькой дочкой.- Ты знаешь, кто я? - спросил он ее.- Ты - мертвый Батюшка! - ответила она в простоте.- Воистину тебе Ангел возвестил, что я - мертвый.Перед смертью его посетили три преданные ему старушки. Одной он сказал:- Ты сама не съешь, а все мне несешь.Другой напророчил:- А ты, Анна, останешься со скорбями до смерти.И это действительно сбылось.Третьей ничего не сказал, а только снял шарф с ее головы и вытер себе глаза. И под конец ее жизни ее дочь и зять повыбрасывали все ее иконы.

И она от слез ослепла.Предвидя будущее гонение на церковь, монастыри, на священников, монахов, вообще верующих: старец говорил:- Горе на земле, горе и на море, горе и на реках.Спустя некоторое время после смерти его один инок Херсонесской обители стоял около его могилы и подумал:- Вот Батюшка Серафим помер и ничего от него не осталось: прах и больше ничего!Глядь, а Батюшка живой идет к собору... Инок бросился за ним бежать. Но о. Серафим дошел до собора, вошел через дверь и исчез.- Вот тебе и прах! - воскликнул инок. - Батюшка жив!

Иеромонах Ксенофонт

Отец Ксенофонт сначала был иноком в Киевском монастыре, потом, еще до закрытия Херсонесской обители, переехал в С.Во время обновленчества все священнослужители г. С. зашатались и отошли от Православной Церкви. И лишь один, небольшого роста, незаметный и малоизвестный священник о. Агапит, сохранил православие.В это время Господь послал православного епископа Сергия З-ва, он воссоединил с православной Церковью кающихся священников. Между прочим, он обратил внимание на инока Ксенофонта и рукоположил его в иеромонаха. Церковные службы он, как малообразованный, проводил с трудом; но во время гонения от отступников он прославился в С. своим усердием к верующим. Монахи и священники были сосланы; церкви разорены или закрыты. И вот в это время о. Ксенофонта Господь оставил на утешение христианам. Он жил в городе тайно: ночевал в сараях, собачьих конурах.

Но по вечерам и ночам, и в ненастную погоду, и в морозы он обходил христианские дома: исповедовал, причащал, крестил, напутствовал умирающих, навещал больных, приводил к покаянию отступников или забывших Бога.В таких подвигах и злостраданиях, без крова и пищи, отец Ксенофонт провел несколько лет, подвергаясь постоянным опасностям от злых и неверующих людей.Во время переписи о вере и неверии некоторые страха ради, отрекались от Христа и объявляли себя неверующими: одни из них вскоре умирали внезапно; другие мучились в совести и заболевали; меньшая часть - одиночки, каялись. И таких кающихся о. Ксенофонт, ходя к ним ночью, воссоединял исповедью и причастием.Но в конце концов пришлось и ему выехать из города. Поселился он в нескольких километрах от С., у чудного и большой доброты священника о.А., дававшего приют всем гонимым и бесприютным. Царство ему Небесное!Здесь о. Ксенофонт продолжал вести прежние подвиги и посещения, как и С. Но только у него теперь было пристанище. Днем он старательно вычитывал правила, а по ночам вычитывал многочисленные записки о здравии и упокоении, подаваемые ему верующими. Читал он их медленно, с трудом, часами.И точно придерживался устава Св. Отцов. И непременно требовал такой же исполнительности и от других, например, где полагалось произносить 40 раз "Господи, помилуй", чтобы так и делали.- А зачем же, - говорил он, - Отцы и устанавливали это?

Раз заповедали сорок, надо столько и читать!Не любил, когда к нему приходили духовные дети в шляпках. И говорил им:- Матерь Божия таких - не носила. Надень платок!Часто повторял приходящим:- Надо иметь живую веру! Как рыбу в воде, птицу в воздухе, так и нас окружает благодать Божия!Боролся он и против искуса таким образом: борщ, кашу, кисель или что-нибудь другое смешивал вместе и потом вкушал.Лицо у него было серенькое, незаметное, как у самых заурядных монахов. Но к концу жизни оно сделалось светлым, прозрачным, очень приятным, как лицо святого, совершенно не похожее на прежнее.В последние годы его жизни Господь даровал ему отдых: одна добрая христианка по указанию Божию, построила в своем доме комнатку, взяла старца к себе и посвятила себя уходу за болящим и ослабленным подвижником. Из этой комнаты о. Ксенофонт никуда уже не мог выходить и в ней совершал все службы. И в эту домашнюю церковь собирались все почитатели старца.К концу жизни он страдал болезнью сердца и отеком ног. Ничего не помогало ему: ни лекарства, ни пища...Стал проявляться в нем дар прозорливости... Не раз он предсказывал: "Много крови будет всюду... Кровь... кровь. А в этом доме (где он скончался) не будет".Перед смертью отеки ног и живота еще более увеличились: ноги были - как столбы. Но после смерти они исчезли; и все тело сделалось худеньким-худеньким.Скончался о. Ксенофонт в 1946 году.