Бог и человек

Но Сын Божий есть Истина в исключительном, личном смысле: Он выражает в Себе всю полноту бытия Божия, не как идея или закон, но именно как Личность, как Сын и Логос Отца…[74]). И о Св. Духе должно сказать, что духовность и святость принадлежат к сущности Божией и все Лица Преев. Троицы духовны и Святы. Но Дух Св. есть Дыхание, Жизнь и Святость Преев. Троицы в личном Своем бытии, в Своих личных отношениях к Отцу и Сыну Божию, как Тот, Кто ипостасно выражает в Себе жизнь и силу, дух любви и праведности Божией, соединяя в Себе Отца и Сына, а равно Бога и тварь, ибо Дух Св. животворит и освящает всю вселенную… Личные свойства связаны с личными отношениями, потому что жизнь личности и заключается в ее отношениях к себе, другим и другому. Главное же, там, где сосуществуют несколько личностей, самая жизнь их определяется их взаимоотношениями, вернее — они живут друг для друга, и смысл их личной жизни в том, чтобы иметь как бы свое особое, необходимое для всех назначение в общем единстве.

В Преев. Троице образ личного бытия каждой Ипостаси явно связан с Ее отношением к двум другим. Поэтому мы можем заключить, что в совершенном Существе должны быть три образа личного бытия, которые в их единстве составляют совершенную полноту личного бытия Бога. Первая Ипостась выражает Причину и Цель всего; Вторая — Истину или сущность всего; Третья — жизнь и единение всего. К этим основным началам личного бытия можно свести все остальные личные свойства, но сами эти начала уже ни на что несводимы; соединение их было бы смешением; нельзя быть одновременно Отцом и Сыном, Сыном и Духом, ибо не одно и то же быть Началом и Основой бытия и Его Образом или Истиной; не одно и то же быть Истиной Кого–то и Его Жизнью; Истина открывает Бытие; Жизнь совершает Его. Отец есть Сущий; Сын и Дух — Его Образ и Жизнь… Так же самое, если бы в Боге было только две Ипостаси, личное бытие Бога было бы искажено. Без Отца чей был бы Сын и Дух? Чьим бы Они были Откровением и Жизнью? Без Сына или Духа у Бога не было бы ни личного Образа сущности Его Божества, ни личного Образа Его жизни.

Если всякое свойство или совершенство Божие имеет личный и сущностный образ бытия, то оно открывается и как жизнь. В самом деле, всякое совершенство не только существует в своем объективном содержании, не только усвояется личностью, как ее особое свойство, но оно и живет. В жизни и соединяется личный и объективный аспект каждого совершенства: если, например, Сын Божий есть Премудрость, то потому что Он живет всей полнотой Божественной мудрости, личным образом открывая ее Отцу и Духу.

Про каждое Лицо Преев. Троицы можно сказать, что Оно — Бог, но Бог в Своем особом Образе, Бог «иным образом»… Все Ипостаси существуют друг для друга, живут триединой жизнью: каждая Ипостась в Себе и в других. В Преев. Троице нет отношений только между двумя Лицами без участия третьего Лица: все отношения троичны. Если Отец относится к Сыну, то в Духе Св., Который исходит от Отца, но почивает на Сыне и «воссиявает» из Него (как выражалось византийское богословие), чтобы соединить в Себе, как в Духе Любви и Истины Сына с Отцом. Отношение Отца к Духу Св. немыслимо вне отношения Его к Сыну, ибо Дух Св. и для Отца есть Дух Премудрости и Истины, т. е. Дух Сына, Дух Христов. Отношение между Сыном Божиим и Св. Духом еще менее мыслимы помимо Их отношения к Отцу, так как связь между ними и заключается в том, что Они каждый особым образом открывают в Себе Отца, дополняя друг друга в этом откровении. Сын открывается Духу Святому, как Образ Божества Отчего; Дух открывается Сыну Божьему, как Жизнь и Любовь Отца… Таким образом, все Лица Преев. Троицы находятся в неразрывном общении друг с другом. Отец относится к Сыну в Духе и к Духу в Сыне, и Дух Св. с Сыном связаны между Собой Отцом.

Мы в праве говорить об общении Лиц Преев. Троицы, потому что, каково бы ни было единство между Ними, каждое из Них единственно и, вечно пребывая в полноте Своего своеобразия, неслиянно с другими. Тем не менее единение между Отцом, Сыном и Св. Духом таково, что они не только живут друг другом, но, по словам Писания, пребывают друг в друге, т. е. жизнь каждой Ипостаси есть жизнь и двух других, каждая Ипостась живет как бы триединой жизнью, каждое Божественное «Я» есть в то же время и «Мы», но не потому что оно сливается с другими (тогда не было бы и «мы»), а по абсолютной общности жизни с другими в совершенной любви. Каждое Лицо Преев. Троицы как бы включает в Себя другие; в каждом и живет и открывается вся Троица.

Отец, Сын и Св. Дух не только находятся в совершеннейшем общении и единении, но Они единосущны, т. е. в сущности Своей — тождественны друг другу… К истине единосущья можно прийти тремя путями. Первый заключается в том, что Бог есть единое Существо — самотождественное и целостное. Божественные Ипостаси суть особые образы бытия Божия; хотя Им свойственно совершенное своеобразие личного бытия, тем не менее Они прежде всего Божественны — один и тот же Бог в Трех Лицах. С такой точки зрения единство Божие есть непоколебимая, абсолютная основа бытия Божия: в Боге всё едино, несмотря ни на какое своеобразие различных начал Божественного бытия… Можно прийти к вере в еди–носущье и другим путем. Если жизнь Преев, Троицы нераздельна; если каждое Лицо имеет те же Божественные свойства, что и другие; если содержание жизни одной Ипостаси есть содержание жизни и двух других, то очевидно, что Отец, Сын и Дух Св. суть три Начала жизни, три Живущих, но содержание или сущность Их жизни, то, чем Они живут — абсолютно едино. В существенном, объективном содержании своем в Преев. Троице всё едино: одна истина, мудрость, правда, красота, святость, одно желанное, одна мощь, благость, мир. И совершенное осуществление любви есть абсолютное единство трех Любящих, ибо если Они не едины, то любовь Их не осуществлена. И совершенная свобода осуществляется в единстве, а не в разделении…

Личное в Боге не означает противоположного другой личности; всякое совершенное Божественное благо, обнимающее всю беспредельную полноту того, что относится к нему, не может не быть единым, именно потому, что оно всеобъемлющее благо: всеобъемлющая истина или правда или святость и т. п. Оттого, что каждое благо своеобразно переживается каждой Ипостасью, не значит, что оно теряет свое единство. Личность не творит Себе особой сущности и не выделяет для Себя особую часть сущности: Она только по–своему воспринимает и являет ее в Себе; но и это своеобразие каждой Ипостаси принадлежит всей Троице и всему Богу, потому что Отец, Сын и Св. Дух — не части Бога, но всецело Бог.

Единосущье Божие основано еще и на общем происхождении Сына Божия и Св. Духа от Отца. Мы уже указывали, что в силу абсолютной равнобоже–ственности Сына Божия и Св. Духа Богу Отцу происхождение Их от Отца означает, что Они имеют от Него всё Его Божество, обладая таким образом всем, чем обладает Отец. Отсюда богословие заключает, что конечный принцип единства в Боге есть Бог Отец, ибо от Него происходит Сын Божий и Св. Дух. Всё Божественное исходит от личности Отца и обращено к Нему, или — иначе говоря — только то Божественно, что, получив бытие от Отца, существенно пребывает в Нем… Тварь потому не Божественна, что, происходя от Бога, не принадлежит к Его Существу.

Когда Христос завещал апостолам крестить во имя Отца и Сына и Св. Духа, Он первым упомянул Отца, вторым — Себя, и третьим — Св. Духа. Не свидетельствует ли это о порядке Ипостасей в Преев. Троице? Учение о таком порядке принято Церковью, но его нельзя преувеличивать. Порядок относится, если можно так выразиться, только к «внутренней логике» Троического бытия. Он не означает ни разной ценности Ипостасей, ни Их разной степени Божественности. Первенство принадлежит Отцу, потому что от Него другие Лица имеют бытие. Второе «место» принадлежит Сыну Божию, так как Он есть Тот, в Ком–Отец выражает всю сущность Своего бытия. Третье принадлежит Св. Духу, ибо Он происходит от Отца и через Сына как бы получает от Отца содержание Своего бытия, будучи Духом Божиим и вместе Духом Истины, Духом Сына. Дух Св. соединяет Отца и Сына: от Отца исходит на Сына и от Сына «возвращается» к Отцу.