Страница 25 из 56
И сеющу ему, ова падоша при пути: и приидоша птицы, и позобаша я. Другая, же падоша на каменных, идеже не имеяху земли многи: и абие прозябоша, зане не имеяху глубины земли. Солнцу же возсиявшу присвянуша, и зане не имеяху корения, изсхоша. Означенные словом - при пути, суть люди ленивые и нерадивые, которые совсем не принимают слова, потому что мысль их - как бы утоптанная и жесткая дорога, нисколько не вспаханная. Поэтому семя слова похищают у них птицы небесным, то есть духи воздушные - бесы. Под каменистою землею разумеются те, которые внимают слову, но по немощи своей не борются с искушениями и скорбями, и продавши спасение (за мирские блага), погибают. Под воссиявшим солнцем должно разуметь искушения, ибо зной солнечный изображает искушения: сверх того искушения, подобно солнцу освещающему сокровенные места, обнаруживают людей и показывают, каковы они.
Другая же падоша в тернии, и взыде терние, и подави их. Это те, которые заглушают слово житейскими заботами. Так, богатый хотя по видимому делает доброе дело, но его дело, которому препятствуют житейские заботы, не растет и остается безуспешным.
Другая же падоша на земли добрей, и даяху плод, ово убо сто, ово же шестьдесят, ово же тридесять. Три части семени погибли, уцелела только четвертая, ибо не много спасающихся. О доброй земле говорит после, дабы подать нам надежду покаяния; ибо всякому можно сделаться доброю землею, хотя бы кто был каменистая земля, или лежал как дорога и попирался демонами, или же был бы тернистая земля. Не все принявшие слово приносят плод одинаковый. Один приносит сто, например тот, кто совершенно нестяжателен и ведет строго подвижническую жизнь; другой - шестьдесят, - это, по моему мнению, общежительный монах, который еще и житейскими делами занимается; третий приносит тридцать, - это человек, избравший честный брак и со всевозможным усердием упражняющийся в добродетелях. Смотри: благодать Божия принимает всех, как много, так мало и средственно приносящих плод.
Имеяй ушы слышати, да слышит. Это показывает, что имеющие духовные уши должны понимать это духовно. Поелику многие имеют уши не для того, чтобы слушать; то и присовокупляет: имеяй, ушы слышати, да слышит, то есть имеющий духовные уши, чтобы слушать о духовном.
И приступивше ученицы (Его) рекоша Ему: почто притчами глаголеши им? Он же отвещав рече им: яко вам дано есть разумети тайны царствия небеснаго, онем же не дано есть. Иже бо имать, дастся ему, и преизбудет ему: а иже не имать, и еже имать, возмется от него. Видя большую неясность в словах Христа, ученики, как общие попечители народа, приступают с вопросом. Он же говорит: вам дано есть разумети тайны. То есть: "поелику вы имеете расположение и старание, то вам дано, а тем, как не имеющим старания, не дано". Принимает обыкновенно тот, кто просит: просите, сказано, и дастся вам (Матф. 7, 7). Смотри же, как здесь Господь предложил (всем) притчу, а приняли ее одни ученики. Итак хорошо сказал Господь, что знание дается и приумножается тому, кто имеет старание, а кто не имеет старания и надлежащего смысла, у того взято будет и то, что он думал иметь; то есть хотя кто и малую искру добра имеет, то и ту погасит своею леностью, не стараясь раздувать и разжигать ее духом и духовными делами.
Сего ради в притчах глаголю им, яко видяще не видят, и слышаще не слышат, ни разумеют. Вникни в это, ибо здесь разрешается вопрос тех, которые говорят, что иные бывают злы по природе и от Бога. Сам, говорят, Христос сказал: вам дано есть разумети тайны, иудеям же не дано. Отвечаем с Богом: Бог дает всем естественную способность разуметь должное. Он просвещает всякаго человека грядущаго в мир (Иоан. 1, 9), а омрачает нас наша воля. Это самое здесь и показывается. Христос говорит, что естественно зрячие, то есть созданные от Бога способными понимать, не видят по своей воле, и что слышащие, то есть от Бога созданные естественно способными слышать и разуметь, не слышат и не разумеют по собственному произволу. В самом деле, - скажи мне, не видели ли они чудес Христовых? Конечно, видели, но сами себя сделали слепыми и глухими, и обвиняли Христа, ибо это значит: видяще не видят. Во свидетеля Христос приводит и пророка.
И сбывается в них пророчество Исаиино, глаголющее:
слухом услышите, и не имате разумети: и зряще узрите, и не имате видети. Отолсте бо сердце людей сих и ушима тяжко слышаша, и очи свои смежиша, да не когда узрят очима, и ушима услышат, и сердцем уразумеют, и обратятся, и исцелю их (Исаии 6, 9, 10). Видишь, что говорит пророк! "Не потому, сказано, не разумеете, будто Я создал сердце ваше грубым, но потому, что оно, прежде нежное, огрубело впоследствии", ибо все делающееся грубым сначала бывает нежно. По огрубении же сердца, они зажмурили и глаза свои. Не сказал, что Бог зажмурил у них глаза, но они произвольно сами поступили так для того, чтоб им не обратиться, и чтоб Я не исцелил их. Таким образом по своей злой воле они постарались остаться неизлечимыми и неспособными к обращению.
Ваша же блаженна очеса, яко видят: и уши ваши, яко слышат. Аминь бо глаголю вам, яко мнози пророцы и праведницы вожделеша видети, яже видите, и не видеша, и слышати, яже слышите и не слышаша. Блаженны и чувственные очи и уши Св. Апостолов, а тем более достойны ублажения духовные очи и уши их, так как они познали Христа. Предпочитает их пророкам, потому что они видели Христа чувственно, а пророки только мысленно. Притом пророки не удостоились стольких тайн и такого ведения, как Апостолы. Таким образом Апостолы преимуществуют пред пророками в двух отношениях: в том, что видели (Христа) телесно, и в том, что гораздо духовнее их постигли Божественные тайны. Затем Христос объясняет ученикам и самую притчу.
Вы же услышите притчу сеющаго. Всякому слышащему слово царствия и не разумевающу, приходит лукавый, и восхищает всеянное в сердце его: сие есть, (еже) при пути сеянное. Сим побуждает нас вникать в то, что говорят нам учители, дабы и нам не уподобиться находящимся при пути. Можно сказать также: поелику путь есть Христос, то находящиеся при пути суть те, которые вне Христа, которые то есть не на пути, а вне сего пути.
А на камени сеянное, сие есть, слышай слово, и абие с радостию приемлет е. Не имать же корене в себе, но привременен есть. Бывши же печали, или гонению словесе ради, абие соблажняется. Печали сказал: поелику многие, подвергаясь скорби от родителей, или от каких-либо несчастий, тотчас произносят хулы. О гонении же сказано по отношению к тем, которые впадают в руки мучителей.
А сеянное в тернии, се есть, слышай слово, и печаль века сего, и лесть богатства подавляет слово и без плода бывает. Не сказал: век сей подавляет, но печаль века сего, не богатство, но лесть богатства; ибо богатство в том случае, когда расточаемо бывает бедным, не подавляет, а еще возвращает слово. Тернием же означаются заботы и пресыщение, так как они возжигают огонь и похоти и геенны. И как терние, будучи остро, вонзается в тело, и едва может быть вынуто; так и пресыщение, когда овладеет душею, не скоро может быть искоренено.
А сеянное на добрей земли, се есть, слышай слово и разумевая: иже убо плод приносит, и творит ово сто, ово же шестьдесят, ово тридесять. Виды добродетели различны, различны и преуспевающие в духовной мудрости, смотря потому, сколько кому дается по чистоте сердца. Заметь же, какой порядок в притче: прежде всего нам надобно услышать и уразуметь слово, дабы не уподобиться тем, кои находятся при пути: потом должно твердо содержать слышанное в сердце: далее - быть не любостяжательными, ибо что пользы в том, если услышу и удержу, но пристрастием к богатству заглушу слышанное?
Ину притчу предложи им глаголя: уподобися царствие небесное человеку сеявшу доброе семя на селе своем: Спящым же человеком, прииде враг его, и всея плевелы посреде пшеницы, и отъиде. Егда же прозябе трава, и плод сотвори, тогда явишася и плевелие. Пришедше же раби господина, реша ему: господи, не доброе ли семя сеял еси на селе твоем? откуду убо имать плевелы? Он же рече им: враг человек сие сотвори, раби же реша ему: хощеши ли убо, да шедше исплевем я? Он же рече (им): ни: да не когда восторгающе плевелы, восторгнете купно с ними (и) пшеницу. Оставите расти обое купно до жатвы: и во время жатвы реку жателем: соберите первее плевелы, и свяжите их в снопы, яко сожещи я; а пшеницу соберите в житницу мою. В первой притче сказал, что только четвертая часть семени пала на добрую землю, а в настоящей показывает, что враг, по причине нашего сна и нерадения, не оставил нерастленным и сего самого семени, которое пало на добрую землю. - Село есть мир, или душа каждого; сеятель - Христос; доброе семя - заповеди Его; земля добрая - добрые люди, или добрые помышления; плевелы суть ереси и худые помышления, а посеявший их есть диавол.