Страница 14 из 56
Любо единаго возлюбит, а другаго возненавидит: или единаго держится, о друзем же нерадити начнет. Не можете Богу работати и мамоне. Видишь, что для богатого и неправедного невозможно служить Богу: ибо алчность к приобретению имения отвлекает его от Бога.
Сего ради глаголю вам: не пецытеся душею вашею, что ясте, или что пиете: ни телом вашим, во что облечетеся. Сего ради, - чего? Того ради, что по алчности к имуществу отторгаются от Бога. Душа, будучи бестелесна, не имеет нужды в пище: но Господь говорил таким образом по общему обыкновению, потому что душа, как видим, не может оставаться в теле без питания плоти. Господь не запрещает трудиться, но запрещает совершенно предаваться заботам, прекращая дело духовное и пренебрегая Бога. Вот что запрещается! Должно заниматься земледелием, но особенно нужно заботиться о душе.
Не душа ли больши есть пищи, и тело одежди? То есть, Кто дал большее, - душу и тело, Тот неужели не даст пищи и одежды?
Воззрите на птицы небесныя, яко не сеют, ни жнут, ни собирают в житницы, и Отец ваш небесный питает их: не вы ли паче лучши их есте? Господь мог представит в пример Илию, Иоанна, и сказать как они жили, но Он напомнил о птицах, чтобы дать нам почувствовать, что мы неразумнее и их. Бог питает их, вложивши в них естественную смышленость доставить себе пищу.
Ктоже от вас пекийся может приложити возрасту своему лакоть един? Как бы ты ни заботился, ничего не сделаешь без воли Божией. За чем же мучить себя попусту?
И о одежди что печетеся? смотрите крин сельных, како растут: не труждаются, ни прядут. Глаголю же вам: яко ни Соломон во всей славе своей облечеся, яко един от сих. Не одними неразумными птицами стыдит нас, но и увядающими кринами. Ибо если Бог так украсил их, хотя в том не было никакой нужды: то не тем ли более удовлетворит нашей нужде в одежде? Вместе с сим показывает, что хотя бы ты весьма заботился, однако не можешь украсить себя так, как крины: ибо и сам мудрейший и изысканнейший Соломон, во все свое царствование, не мог одеваться подобно им.
Аще же сено сельное днесь суще, и утре в пещь вметаемо, Бог тако одевает, не много ли паче вас маловери? Отсюда научаемся, что не должно заботиться об украшениях, поелику это свойственно тленным цветам, а потому всякий украшающийся есть сено. А вы, говорит, разумные существа, вас Бог составил из тела и души. Все преданные житейским заботам маловерны: ибо, если бы они имели совершенную веру в Бога, не стали бы так много заботиться.
Не пецытеся убо, глаголюще, что ямы, или что пием, или чим одеждемся? Всех бо сих языцы ищут. Есть не запрещает, но запрещает говорить: что будем есть? как обыкновенно богатые говорят с вечера: что станем есть завтра? Видишь, что Он воспрещает изысканность и роскошь в пище!
Весть бо Отец ваш небесный, яко требуете сих всех, Ищите же прежде царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся вам. Царствие Божие есть наслаждение благами: но сие наслаждение дается за правду. Итак, кто печется о духовном, тому по щедроте Божией дается кроме сего и телесное.
Не пецытеся убо на утрей, утрений бо собою печется: довлеет дневи злоба его. Злобою дня называет беспокойство и грусть. Довольно для тебя, что ты беспокоился о нынешнем дне: если же еще станешь заботиться о завтрашнем, то, постоянно заботясь о телесном, когда будешь трудиться для Бога?
ГЛАВА СЕДЬМАЯ.
Не судите да не судими будете. Господь запрещает не укорять и выговаривать, а осуждать: потому что укорение и выговор служат к пользе, а осуждение клонится к обиде и унижению, особенно же, когда кто либо, имея тяжкие грехи, поносит и осуждает других, имеющих меньшие грехи, за которые будет судить Бог.
Имже бо судом судите, судят вам: и в нюже меру мерите, возмерится вам. Чтоже видиши сучец, иже во оце брата твоего, бервна же, еже есть во оце твоем, не чуеши? Или како речеши брату твоему: остави, изму сучец из очесе твоего? и се бервно во оце твоем. Лицемере, изми первее бервно из очесе твоего, и тогда узриши изъяти сучец из очес брата твоего. Кто хочет укорять других, тот сам должен быть беспорочен. Ибо если он, имея в своем глазу бревно, имея, то есть, тяжкий грех, будет укорять другого, имеющего сучек: то сделает его бесстыдным: потому что тот, обидевшись, станет также укорять его самого, и таким образом впадет в грех осуждения. Впрочем Господь показывает, что великий грешник и не может хорошо видеть грех брата своего: ибо как он, имея бревно в глазе, увидит другого, легко уязвленного?
Не дадите святая псом: ни пометайте бисер ваших пред свиниями: да не поперут их ногами своими, и сращшеся расторгнут вы. Псы - неверные, а свиньи - хотя верующие, но ведущие жизнь нечистую. Итак не должно высказывать тайн о Христе неверным, ни светлых и жемчужных слов богословия - нечистым: потому что те, как свиньи, попирают или презирают то, что им говорят, а псы, обратясь, терзают нас, как поступают так называемые философы. Ибо, коль скоро услышат, что распялся Бог, они начинают терзать нас своими умствованиями, говоря, что это невозможно, и в своем высокоумии взнося хулы на Вышнего.
Просите, и дастся вам: ищите, и обрящете: толцыте, и отверзется вам: Всяк бо просяй приемлет и ищай обретает, и толкущему отверзется. Выше заповедал нам нечто великое и трудное, а здесь показывает, как сие может быть выполняемо, и именно - посредством непрестанной молитвы: не сказал - просите один раз, но - просите, то есть, непрестанно. Потом подтверждает слова свои примером человеческим, как бы так говоря: кто усердно ищет чего-либо, тот обыкновенно находит искомое, и кто стоя у дверей, непрестанно стучится в них и дожидается с терпением, тому когда-нибудь непременно отворят: так думай и о духовном прошении.
Или кто есть от вас человек, егоже аще воспросит сын его хлеба, еда камень подаст ему? Или аще рыбы просит, еда змию подаст ему! Представляя в пример то, как и чего дети с успехом выпрашивают у своих родителей, Господь учит нас, что и у Отца Небесного должно также просить постоянно и только полезного. "Вы сами, говорит видите, как ваши дети просят у вас полезного, на примере хлеба, рыбы, и в том случае, когда они просят именно полезного, вы даете им, противного же тому не даете, хотя и просят: так точно и вы ищите духовного, а не плотского".
Аще убо вы лукави суще, умеете даяния блага даяти чадом вашым, кольми паче Отец ваш небесный даст блага просящим у Него. Называет людей лукавыми, по сравнению их с Богом: поелику природа наша, как создание Божие, добра. Только по собственной воле мы стали лукавыми, и остаемся лукавыми вопреки неизреченной Божией благостыни.
Вся убо, елика аще хощете, да творят вам человецы, тако и вы творите им: се бо есть закон и пророцы. Здесь показывает нам кратчайший путь к добродетели: поелику мы, как люди, по себе знаем, что должны делать другим. Так, если хочешь, чтобы тебе благотворили, сам благотвори: если хочешь, чтобы тебя любили враги, люби сам врагов: если хочешь, чтобы тебе никто не досаждал, не досаждай и ты никому: если хочешь, чтобы тебя все любили, и ты люби всех. Вообще, чего не любишь сам, того не делай другим: в сем случае и закон Божий и пророки говорят тоже, что повелевает нам и закон естественный,
Внидите узкими враты: яко пространна врата и широкий путь вводяй в пагубу, и мнози суть входящии им, Узкими вратами называет искушения, как произвольные, например пост, бдение, вольную нищету, странничество и другие, так и непроизвольные, каковы узы, гонения, лишение имения, славы, детей, болезнь, раны, и прочее, что Иов и не хотя потерпел. Как человек тучный или с большею ношею не может пройти узким местом, так и сластолюбивый или богатый. А идут широким путем. Вместе словами - врата и путь показывает и то, что как теснота временна, так и широта скоро переходима. Ибо кто терпит обиды, тот как бы проходит только сквозь некоторые ворота: равно и сластолюбивый, предаваясь сластолюбию, проходить как бы только некоторый путь. Но как то и другое временно, то выбирай лучшее.
Что узкая врата, и тесный путь вводяй в живот, и мало их есть, иже обретают его! Слово - что - означает удивление. Господь дивится: - "ах, как узки врата"! то есть, как прискорбна добродетель!
Вопрос: как же в другом месте Он говорит: бремя мое легко!
Ответ: (бремя Его легко) по причине будущих воздаяний [2].
Внемлите же от лживых пророк, иже приходят к вам во одеждах овчих, внутрь же суть волцы хищницы. От плод их познаете их. Еретики обыкновенно бывают хитры и притворны: посему говорит: внемлите (будьте осторожны). Они предлагают сладкие речи и являют по видимому житие честное, между тем внутри или в сердце их скрывается уда. Под овчею одеждою разумеется и та кротость, какою пользуется некоторые лицемеры для того, чтобы обласкать и обольстить. Они узнаются по плодам своим, то есть по делам и жизни. Хотя бы они (для других) на время и скрывались, но для внимательных всегда бывают явны.