Страница 27 из 57
Тогда праведники воссияют, как солнце, в Царстве Отца их. Кто имеет уши слышать, до слышит!
Поскольку солнце кажется нам блистательнее всех звезд, то светозарность праведников сравнивается с солнцем. Но они будут сиять светлее солнца. Притом, поскольку Солнце Правды есть Христос, то праведники просветятся тогда подобно Христу, ибо говорится, что они будут как боги. Потому сказал: «Кто имеет уши слышать, да слышит»!
Еще подобно Царство Небесное сокровищу, скрытому на поле, которое, найдя, человек утаил, и от радости о нем идет и продает всё, что имеет, и покупает поле то.
Поле – мир, сокровище – проповедание веры и познание о Христе. Оно сокрыто в мире; «премудрость Божию, – говорит апостол Павел, – проповедуем сокровенную» от начала века (1 Кор. 2, 7). Ищущий знания о Боге, находит его, и все, что имеет, то есть и языческие учения, и злые нравы, и богатства тотчас бросает и покупает поле, то есть мир. Ибо тот, кто познал Христа, владеет достоянием всего мира как собственностью, не имея ничего, обладает всем, содержит в рабском подчинении себе твари, повелевая ими, как Моисей, Иисус, Илия и другие.
Еще подобно Царство Небесное купцу, ищущему хороших жемчужин, который, найдя одну драгоценную жемчужину, пошел и продал всё, что имел, и купил ее.
Настоящая жизнь есть море; купцы суть те, которые странствуют по сему морю и стараются приобрести какое-либо знание. Мнения многих мудрецов представляют собой многие жемчужины; но одна драгоценная жемчужина ибо одна истина, которая есть Христос. О происхождении жемчуга говорят следующее: есть в море некоторые особенные раковины, которые обыкновенно бывают крепко замкнуты черепицами. Но иногда они раскрываются и, когда упадет на них молния, опять затворяются. От павшей молнии и от сошедшей росы зачинается в них жемчуг, который поэтому и бывает чрезвычайно бел. Так и Христос зачался в Деве от небесной молнии – Святого Духа. И как обладающий жемчугом и часто держащий его в руке, сам знает, каким владеет богатством, а другие не знают, так и проповедь истинной веры сокрыта бывает от нерадивых и не хотящих искать ее. Но необходимо должно искать и иметь сей истинный жемчуг и отдавать все за него.
Еще подобно Царство Небесное неводу, закинутому в море и захватившему рыб всякого рода, который, когда наполнился, вытащили на берег и, сев, хорошее собрали в сосуды, а худое выбросили вон. Так будет при кончине века: изыдут Ангелы, и отделят злых из среды праведных, и ввергнут, их в печь огненную: там будет плач и скрежет зубов.
Поистине страшна сия притча, ибо показывает, что если мы и имеем веру, но не ведем доброй жизни, ввержены будем в огонь. Невод означает учение веры, которое переплетено знамениями и пророческими свидетельствами. Рыбари суть апостолы; ибо, кого ни учили апостолы, они убеждали чудесами и пророческими словами. Этот-то невод собрал от всякого рода – варваров, еллинов, иудеев, блудников, мытарей, разбойников. Когда же будет он полон, то есть когда кончится мир, тогда находящиеся в неводе будут разделены. Так, хотя мы и веровали, но если окажемся при сем без добрых дел, извержены будем; напротив, те, которые имеют добрые дела, сложены будут в сосуды, то есть в вечные жилища. Всякое действие, доброе ли то или злое, есть пища души; поскольку и душа имеет свои мысленные зубы. Ими-то душа будет скрежетать тогда, сокрушая таким образом свои деятельные силы за то, что, имея возможность делать добро, не делала, а, напротив, больше творила зло.
И спросил их Иисус: поняли ли вы всё это? Они говорят Ему: так, Господи! Он же сказал им: поэтому всякий книжник, наученный Царству Небесному, подобен хозяину, который выносит из сокровищницы своей новое и старое.
Видишь ли, как притчи сделали их гораздо проницательнее! Вот те, которые прежде были непонятливы и необразованны, теперь поняли то, что не ясно сказано им. Похваляя их за то, Спаситель говорит: как «всякий книжник» и прочее. Называет их книжниками, как людей, Уже наученных закону. Впрочем, хотя они и узнали закон, не ограничились, однако, законом, а научились Царствию Небесному, то есть познали Христа, и таким образом стали способны износить и от Ветхого и от Нового Завета. «Хозяин» есть Христос, Который богат, потому что в Нем сокровища премудрости. Он, уча Новому, приводил свидетельства и из Ветхого Завета. Так, например, Он сказал: отдашь ответ и за праздное слово – это новое, потом привел свидетельство: «подражайте мне, как я» – это ветхое. В этом подобны Ему апостолы, как, например, Павел, который говорит «подражайте мне, как я Христу» (1 Кор. 4,16).
И, когда окончил Иисус притчи сии, пошел оттуда. И, придя в отечество Свое, учил их в синагоге их.
«Сии, сказал, притчи»; поскольку Христос хотел говорить через несколько времени и другие. Переходит он для того, чтоб и другим доставить пользу Своим присутствие. Под отечеством Его разумей Назарет, ибо Он в нем был воспитан. Учит в синагоге, в публичном месте и свободно, чтобы впоследствии не стали говорить, что Он учил чему-то противозаконному.
Так что они изумлялись и говорили: откуда у Него такая премудрость и силы? не плотников ли Он сын? не Его ли Мать называется Мария, и братья Его Иаков и Иосий, и Симон, и Иуда? и сестры Его не все ли между нами? откуда же у Него всё это? И соблазнялись о Нем.
Назаретяне по своему неразумию думали, что неблагородство и уничиженность предков препятствуют быть угодным Богу. Положим, что Иисус был простой человек, а и не Бог вместе, как они думали. Что же и при сем препятствовало ему быть великим в чудесах? Эти несмышленые оказываются и завистливыми, между тем как им надлежало более радоваться, что отечество их произвело такое благо. Братья и сестры Христовы были дети Иосифа, которые родила ему жена брата его, Клеопы. Так как Клеопа умер бездетным, то Иосиф, по закону, взял жену его за себя и родил от нее шестерых детей: четырех сыновей и двух дочерей – Марию, которая по закону называется дочерью Клеопы, и Саломию. «Между нами» сказано вместо – живут здесь вместе с нами. Соблазнялись же о Христе и братья Его и, вероятно, говорили, что Он изгоняет бесов силою веельзевула.
Иисус же сказал им: не бывает пророк без чести, разве только в отечестве своем и в доме своем. И не совершил там многих чудес по неверию их.
Смотри, как поступает Христос, не укоряет их, но кротко говорит: «не бывает пророк без чести» и прочее. Мы, люди, обыкновенно пренебрегаем своими домашними, а чужих уважаем и любим. Выражение «в доме своем» присовокупил потому, что и братья его, будучи из одного с ним дома, завидовали Ему. По неверию их Он не сотворил здесь многих чудес, щадя их самих, чтобы не подверглись тем большему наказанию, если бы остались неверными после знамений. Поэтому многих знамений не сотворил, а только несколько, чтобы не могли сказать: если бы хоть незначительное знамение сделал, мы уверовали бы. Впрочем, ты разумей, что Иисус и доныне бесчестен в Своем отечестве, то есть у иудеев, между тем как мы, чужие, чтим и любим его.
Глава четырнадцатая
В то время Ирод четвертовластник услышал молву об Иисусе и сказал служащим при нем: это Иоанн Креститель; он воскрес из мертвых, и потому чудеса делаются им.
Этот Ирод был сын того Ирода, который избил вифлеемских младенцев. Из примера его пойми гордость властолюбивой жизни; вот спустя сколько времени дошел до Ирода слух об Иисусе! Лица, окруженные знаменитостями, обыкновенно не скоро узнают о подобном, потому что не обращают внимания на людей, сияющих добродетелью. Ирод, видно, боялся Крестителя, поэтому решился говорить о нем не с посторонними лицами, но со своими отроками, то есть со своими домашними. Так как Иоанн при жизни своей «не сотворил чуда» (Ин. 10, 41), то Ирод подумал, что он, воскреснув, получил от Бога и дар чудотворения.
Ибо Ирод, взяв Иоанна, связал его и посадил в темницу за Иродиаду, жену Филиппа, брата своего, потому что Иоанн говорил ему: не должно тебе иметь ее. И хотел убить его, но боялся народа, потому что его почитали за пророка.
Прежде Матфей не упоминал об этом событии в жизни Иоанна, потому что цель его состояла в том, чтобы описать относящееся только ко Христу. Он и теперь, конечно, не упомянул бы о сем, если бы это также не имело у него отношения ко Христу. Иоанн обличал Ирода в том, что он противозаконно имел жену брата своего. Закон повелевал брату взять жену своего брата только в том случае, когда последний умирал бездетным (Втор. 25, 5). Но Филипп умер не бездетен; у него была дочь, та самая, которая плясала. Некоторые даже говорят, что Ирод еще при жизни Филиппа отнял у него и жену, и тетрархию. Впрочем, как бы то ни было, во всяком случае поступок Ирода был противозаконный. Ирод не боялся Бога, но боялся народа, поэтому и удерживался от убийства. Впрочем, диавол доставил ему удобный случай оправдать себя перед народом тем, что убил Иоанна по причине данной клятвы.