Страница 212 из 239
Лк.17:21) и которое в полной своей силе откроется каждому помилованному Богом христианину в будущем веке.
Беседа 39. Слово после пострига сестер Е. и Ф.
Дорогие сестры! Вы приняли начаток ангельского образа, вы запечатлели себя для того, чтобы подготовиться к подвигам, подвигам умным, подвигам духовным, чтобы подготовить себя к принятию полного пострига и принесению обетов перед Господом, Божией Матерью, ангелами, святыми и всеми сестрами нашей обители в том, что вы будете жить только ради Господа, будете всегда иметь в уме его спасительные повеления. Для чего люди оставляют мир? Для чего люди избирают особенный, странный, непонятный многим, даже среди верующих, образ жизни? Почему мы не стремимся к тому, чтобы принести пользу людям в миру? Почему мы не стремимся к тому, чтобы познавать глубины премудрости, изучать мир, изучать творения многих великих людей? Почему не стремимся даже к тому, чтобы чисто умственно, отвлеченно изучать предания святых отцов, как это делают те, кто устремляется к благой цели (не будем это порицать) получению богословского образования? Потому что, по словам Господа нашего Иисуса Христа, Что пользы человеку, если он весь мир приобретет, а душу свою отщетит (Мф.16:26)? И не можем мы принести пользу другому, если сами себе принести пользу еще не смогли или не сумели и, пытаясь привлечь других к плодоношению, еще не чувствуем духовных плодов в своем собственном сердце. Апостол Павел говорит апостолу Тимофею: "ты сам прежде должен вкусить плодов от того учения, которое ты преподаешь" (2Тим.2:6).
Тем паче это относится к людям, не имеющим такого служения, при котором помощь ближним вменяется в обязанность: к людям, не имеющим служения священнического или вообще наставнического. Тем более мы сами должны позаботиться о себе, чтобы принести пользу своей душе, чтобы прежде всего свою собственную душу сделать пригодной для жизни вечной. На каждой литургии священник читает в алтаре тайные молитвы, где говорится: даруй "нам в настоящем веце познание твоея истины, и в будущем живот вечный". Значит, мы с дерзновением молимся о том, чтобы те, кто с нами соединяет свою молитву в святом храме, да и вообще все православные христиане, еще в этом веке познали истину. Познание истины - это не есть человеческая мудрость и даже не есть только умственное усвоение Святоотеческого предания. Познание истины - это опытное ее переживание. Познание истины - это богообщение. Господь наш Иисус Христос говорит: Аз есмь путь и истина и живот (Ин.14:6). Когда он исповеднически стоял перед Понтием Пилатом и сказал ему, что он на сие родился в мир, дабы возвестить истину (см. Ин.18:37), тогда Пилат, как человек, желавший оправдать себя, желавший показать, что познание истины - это слишком туманная, слишком абстрактная цель, как думали об этом многие язычники, спросил: "что есть истина?" (Ин.18:38). И совсем не выслушивая, не желая выслушать ответа, как говорит Евангелие, вышел.
Он считал, что на этот вопрос ответа не существует, - а перед ним стояла сама истина. Святые отцы иногда называют Господа Иисуса Христа "самоистина", потому что он есть живая истина. Истина - это не какая-то отвлеченная мысль, самая мудрая, полезная и даже духовная. Если мы будем останавливаться на созерцании таких размышлений, то мы не придем к большему и высшему: к богообщению, к созерцанию того, кто является источником бесконечным, не переполняющимся, преизобильным всякой доброй, умной и полезной мысли. И с нашей православной точки зрения, в особенности с точки зрения монашествующих, познание истины - это вступление с ней в общение, когда истина живет в нашем сердце, когда она говорит в нас или руководит нами, исполняет с нами заповеди, когда она действует в нас - не мы сами, а она через нас. Когда она делает добро, а мы являемся лишь ее орудиями, бесконечно благодарящими благость Божию за то, что она усвоила нас себе, за то, что она сделала нас орудием этой Всесвятой истины, этой самоистины - Господа Иисуса Христа. Поэтому гораздо более мудрым можно назвать человека, имеющего пусть ограниченные, скромные знания (и при этом по простоте своей не завидующего тем, кто имеет их только умственно), но в сердце своем, в душе своей содержащего живого Господа, Сына Бога Живаго - Господа Иисуса Христа. Истину можно выразить всего несколькими словами.
Когда Спаситель спросил апостолов: "За кого вы почитаете Меня?" (Мф.16:15), то святой апостол Петр от лица всех прочих сказал: "Ты - Христос, Сын Бога Живаго" (ст.16). Вот это есть истина, а знание только отвлеченное, чисто теоретическое, приносит мало пользы, хотя и оно есть откровение свыше. Опытное же познание того, что Иисус Христос есть Сын Бога Живаго, - это уже наше спасение. Поэтому справедливо Церковь молится и, взывая к Богу, просит о своих чадах: даруй "нам в настоящем веце познание твоей истины, и в будущей живот вечный". Ведь если мы в сей жизни познаем истину, познаем опытно, познаем в своих сердцах, всем своим существом, то эта истина преобразит нас и сделает пригодными для жизни будущей, для царства Небесного. Поэтому, сестры, вы должны стремиться к познанию истины - прежде всего через понуждение себя всеми силами, со всею ревностью, всем существом своим к молитве Иисусовой. Вы должны понимать, что молитва - это не просто одно из монашеских деланий, но это - вступление в общение с Богом, это, как говорит некий преподобный отец, "океан, обтекающий всю землю и орошающий ее", ведь про умное делание действительно можно сказать, что оно объемлет всякую добродетельную жизнь, все заповеди.
Вслед за этим имейте, сестры, и послушание, отсечение своей воли, помните о заповедях, содержите их всегда перед глазами, не забывайте о том, что дело ваше - это прежде всего соблюдение заповедей.
И это есть то самое умное делание, которое и в этом веке, и в будущем приведет вас к познанию истины и даст вам надежду обрести в будущей жизни царство Небесное. Аминь.
Беседа 40. Слово после пострига сестры М.
Сестра М.! отныне ты носишь имя святой равноапостольной Марии Магдалины, про которую Евангелие от Марка, например, говорит следующие слова: Воскрес же Иисус заутра в первую субботу, явися прежде Марии Магдалини, из неяже изгна седмь бесов (Мк.16:9). Одна из преданнейших учениц Господа Иисуса Христа в свое время была не только далека от Бога, но и одержима даже не одним, а семью бесами. Господь Иисус Христос не презрел ее душевную нечистоту, а призвал ее на свое служение и исцелил. И она одна из первых увидела своего возлюбленного учителя воскресшим, как повествует об этом Иоанн Богослов: Во едину же от суббот Мария Магдалина прииде заутра, еще сущей тьме, на гроб и виде камень взят от гроба. Тече убо и прииде к Симону Петру и к другому ученику, егоже любляше Иисус, и глагола има: взяша Господа от гроба, и не вем, где положиша Его. Изыде же Петр и другий ученик, и идяста ко гробу. Течаста же оба вкупе, и другий ученик тече скорее Петра, и прииде прежде ко гробу. И приник виде ризы лежаща, обаче не вниде. Прииде же Симон Петр вслед его, и вниде во гроб, и виде ризы [едины] лежаща, и сударь, иже бе на главе его, не с ризами лежащ, но особь свит на едином месте. Тогда убо вниде и другий ученик, пришедый прежде ко гробу, и виде, и верова. Не у бо ведяху Писания, яко подобает Ему из мертвых воскреснути (Ин.20:1-9), - т.е.
уверовали, нужно полагать, не в то, что он воскрес, а уверовали в слова Марии Магдалины, ведь сначала они не поверили такой странной вещи, что Спасителя нет во гробе, это казалось им совершенно невозможным. Идоста же паки к себе ученика (ст.10). Не проявили они терпения и в растерянности ушли. Мария же, как говорит Евангелие, стояше у гроба вне плачущи. Якоже плакашеся, приниче во гроб (ст.11). Конечно, сейчас мы, прекрасно зная это повествование, предвидим, что будет, но Мария, находясь в тот момент у гроба, не имела никакой надежды, не могла обрести даже и того утешения, которое она предполагала найти в оказании последней услуги своему возлюбленному учителю, т.е. в помазании его миром. в таком безысходном отчаянии она плакала, однако же не ушла от гроба. мы не знаем, какие чувства она испытывала: может быть, все-таки втайне надеялась, а может быть, просто любовь к Господу Иисусу Христу, не объяснимая никакими умственными рассуждениями, заставляла ее пребывать там, и плакать, и приникать ко гробу. И виде два ангела в белых [ризах] седяща (ст.12).