Страница 193 из 239
Но Господь говорит: вы ошибаетесь, этого не будет, мира между людьми быть не может, поскольку, следуя за Мной, вы становитесь врагами людям - не потому, что вы желаете им зла, а потому, что они сами не могут вас понять и поневоле делаются вашими противниками; думая, что они делают вам добро, приносят вам вред. И до такой степени глубока эта вражда между людьми, принадлежащими миру (этому миру, земному), и людьми, стремящимися к Небу, что дело доходит даже до разделения семьи. Там, где господствует, казалось бы, естественная любовь, возникает вражда. "Приидох бо разлучити человека на отца своего, и дщерь на матерь свою, и невестку на свекровь свою. И врази человеку домашнии его". Наши родные становятся нам врагами потому, что они препятствуют нашему спасению, потому, что, желая нам добра, желая, чтобы мы достигли какого-то земного преуспеяния и благополучия, они тем самым препятствуют нам исполнять заповеди Божии. И далее Господь говорит: "Иже любит отца или матерь паче Мене, несть Мене достоин" (ст.37). То есть любовь к родителям - к отцу, матери - не запрещена, но она не должна быть больше любви к Богу. Когда любовь к родителям не препятствует тому, чтобы любить Бога, тогда пусть она существует. Когда же она начинает мешать, тогда мы должны вспомнить о том, что Бога нужно любить больше, и эту естественную любовь превратить как бы в ненависть.
Еще раз говорю, ненависть не в смысле внутреннего чувства, а ненависть в смысле поведения, которое со стороны воспринимается так, будто мы ненавидим своих родственников. На самом же деле в нас действует истинная христианская любовь. "Иже любит отца или матерь паче Мене, несть Мене достоин; и иже любит сына или дщерь паче Мене, несть Мене достоин, и иже не приимет креста своего и вслед Мене грядет, несть Мене достоин" (Мф.10:37,38). И вот, если мы все-таки любим своих родных больше Господа (а об этом нужно судить не по словам, не по теоретической установке - все мы понимаем, что Бога нужно любить больше всего, - а по тому, как мы себя ведем, какие естественные ощущения действуют в нашем сердце: сильнее ли в нас привязанность к родным, чем любовь к Богу, или наоборот), и вот, если мы, еще раз говорю, не теоретически, а на деле предпочитаем любовь к своим родственникам служению Богу, тогда к нам относятся и следующие слова Господа: "Обретый душу свою погубит ю; а иже погубит душу свою Мене ради, обрящет ю" (Мф.10:39). Почему так сказано? Потому что эта любовь, эта привязанность к родственникам фактически есть любовь к своей собственной душе: ведь мы любим их не потому, что они какие-то особенные, достойные люди, а потому, что это - наши родственники.
Нас окружают люди ничем не худшие и не лучшие, чем наши родственники, - точно такие же, не менее наших родственников достойные любви и помощи. Но мы от пристрастия направляем свою жалость, сострадание именно к родственникам, пренебрегая всеми остальными людьми, как бы выделяем их из всего сонма людей нас окружающих или вообще всего человечества, хотя на самом деле они ничуть не лучше - обыкновенные люди. То есть мы любим их, потому что любим себя. Мы в них, так сказать, любим себя. Мы, не желая их терять, не хотим погубить свою душу, то есть все земные пристрастия, все земное, что есть в нашей душе. Но ведь, если мы не возненавидим свою душу в мире сем, как сказано в Евангелии от Иоанна (см. Ин.12:25), то мы погубим ее. А возненавидеть свою душу в мире сем - значит возненавидеть все земные связи ради небесного.
Господь Иисус Христос заповедал нам между собой и нашими родными положить вражду, заповедал не только от земных наших родственников отречься, но даже и в духовном отношении не считать кого-либо на земле достойным этого наименования в собственном смысле слова. Мы не запрещаем, конечно, называть своих родителей "родителями", отца "отцом" или мать "матерью", не запрещаем называть и духовного отца или духовную мать соответствующими именами. Но называем их так не в собственном смысле слова, а как бы по образу: наш кровный или наш духовный отец являются лишь образом Отца Небесного, а собственно Отцом нашим является Единый Отец наш Небесный, то есть Бог. "Вы же не нарицайтеся учители, един бо есть ваш Учитель, Христос, вси же вы братия есте. И отца не зовите себе на земли, един бо есть Отец ваш, иже на Небесех" (Мф.23:8-9). Не называйте себе отцом ни того, от которого вы произошли по плоти, ни того, от которого вы родились духовно, по той причине, что настоящий Отец - один, это Бог, Который является Отцом, Творцом всего существующего, дает и бытие, и "благобытие", то есть будущую жизнь, духовную жизнь, всякому человеку. "Ниже нарицайтеся наставницы, един бо есть Наставник ваш, Христос. Болий же в вас да будет вам слуга. Иже бо вознесется, смирится, и смиряяйся вознесется" (ст.10-12).
Нельзя эти слова понимать так, как понимают сектанты, которые упрекают нас, православных, в том, что мы называем священников отцами: "отец Николай", "отец Авраам" и так далее. Но надо понимать данное изречение Спасителя духовно, то есть знать, что Небесный Отец является родоначальником, как бы образом всякого отцовства на земле, как говорит об этом святитель Василий Великий. Мы знаем, что слово "Отец" употреблял по отношению к Богу Господь наш Иисус Христос, именуя Его нашим Отцом. И единственная молитва, которую Он нам оставил, являющаяся образцом всех молитв, - это всем известная, чрезвычайно часто повторяемая молитва, начинающаяся словами "Отче наш". В этой молитве мы обращаемся к Богу, называя Его Отцом, не своим даже, а Отцом нашим, и тем самым не только сами усыновляемся Богу, но и всех людей называем своими братьями. По крайней мере всех верных, то есть всех православных христиан. Отче наш, иже еси на небесех... То есть наш Отец - на небесах, на земле у нас нет ни духовного, ни плотского истинного отца. Конечно, до времени мы должны повиноваться: в детстве - плотским родителям, если, разумеется, они учат нас нравственным истинам, впоследствии - духовным нашим руководителям, - но они являются как бы только изображением единого истинного Отца, несут на себе лишь отблеск этого Божественного Отцовства.
Они являются нашими отцами лишь постольку, поскольку приводят нас к Отцу Небесному. Но если они препятствуют этому, сознательно или бессознательно, как это часто бывает с плотскими родителями, а иногда, к сожалению, и с духовными, то мы им повиноваться не должны, они перестают для нас быть родителями. Поскольку мы стремимся к единому Богу Отцу, Который на небесах, не на земле, а на небесах, то мы и отказываемся от всего земного: от родителей, от родственников, от дома. Теоретически, отвлеченно, кажется, очень легко отказаться от жилища, но на самом деле, если человек не имеет дома, то значит он фактически лишился всего, даже, может быть, и родины. Потому что родина для каждого конкретного человека - это его дом, жилище - в том или ином месте, в городе или деревне. А истинный христианин должен быть готовым отречься ради Бога от всего. Само слово "родина" имеет общий корень со словом "родители", а другое название - "отечество" - происходит от слова "отец". То есть от всего земного, будь то родственники, отечество и даже духовный отец, если он вдруг станет препятствием к достижению Отца Небесного, - от всего этого мы должны быть готовыми отказаться ради того, чтобы стать истинными чадами Божиими, ради того, чтобы по-настоящему, а не номинально, в действительности, а не на словах только называть Бога своим Отцом.
В заключение хочу привести два примера отношения Господа нашего Иисуса Христа к Своей Матери. Эти примеры как бы уравновешивают друг друга и объясняют, каково должно быть отношение к нашим близким. Еще же Ему глаголющу к народам, се Мати Его и братия Его стояху вне, ищуще глаголати Ему. Рече же некий Ему: "Се Мати Твоя и братия Твоя вне стоят, хотяще глаголати Тебе". Он же отвечав, рече ко глаголющему Ему: "Кто есть мати Моя, и кто суть братия Моя?" И, простер руку Свою на ученики Своя, рече: "Се мати Моя, и братия Моя. Иже бо аще сотворит волю Отца Моего, иже есть на небесех, той брат Мой, и сестра и мати Ми есть" (Мф.12:46-50). То есть Господь в данный момент как будто бы отказался от Своей Матери. Отказался потому, что Она, может быть бессознательно, в то время препятствовала Ему совершать дело Его служения - проповедь. И Он Ей не повиновался, а сказал, что только тот является Ему родственником, и братом, и сестрой, и даже матерью, кто исполняет волю Божию, точнее - Иже бо аще сотворит волю Отца Моего (Мф.12:50); то есть тот, кто творит волю Небесного Отца, тот является Ему родственником, и братом, и сестрой, и даже матерью - в том смысле, что в душе такого человека появляется, как бы рождается, Господь Иисус Христос. А братом и сестрой они называются по той причине, что вместе с Ним усыновляются Богу Отцу и становятся сынами и дщерями Божиими по благодати.