Страница 108 из 239
Но избави нас от лукавого. Тут, конечно, проявляется смирение. Мы должны молиться Богу с чувством ненадеяния на себя, мы должны просить Бога о том, чтобы Он не ввел нас в искушение, чтобы избавил от лукавого, потому что тот, кто дерзновенно ищет испытания, - поддался гордости, самонадеянности, и, как правило, такой человек падает. А человек, который постоянно молится Богу, просит, чтобы Он сохранил его от греха, - такой имеет надежду на то, что благодать Божия действительно его сохранит и будет поборать вместе с ним дьявола. Также в этих словах молитвы звучит предостережение против непонимания того, что борьба с соблазнами и искушениями, которую мы испытываем,- это не просто борьба с самими собой (как кажется неопытным людям, да и нам самим, читавшим святых отцов и знающим о существовании нечистых духов). Думая так, мы забываемся. Когда же мы читаем эту молитву, мы должны постоянно вспоминать, что все искушения происходят от дьявола и нужно непрестанно молиться Богу, чтобы Господь защитил, избавил нас от него, так как сделать это своими силами мы никак не сможем. Кроме того, дьявол, который в Священном Писании зовется и сатаной, и клеветником, и другими именами, здесь назван лукавым для того, чтобы мы поняли: искушения и соблазны лукавы, дьявол соблазняет нас через обман, и поэтому нужно быть чрезвычайно внимательными.
Всякий раз дьявол искушает нас, изображая зло под видом добра: как изначала человек пал через обман, так и поныне каждый день падает, будучи обманываемым дьяволом, лукавым. Например, нам представляется справедливым наше негодование против тех людей, которые нас обижают, - в этом и состоит лукавство дьявола: показывать справедливость нашей досады, обиды. Другие соблазны действуют так же, заставляя нас увидеть, что действительно (как повествуется в книге Бытия) дерево это доброе и приятное в снедь. Итак, мы должны быть чрезвычайно внимательны и при помощи Божественной простоты отвергать сатанинское лукавство, то есть следовать заповедям, не раздумывая, не размышляя о том, что препятствует их исполнению, забывая, что как будто бы есть справедливая причина, чтобы заповедь нарушить. Это все те настроения, чувства, мысли, которые нам необходимо иметь при молитве, какая бы это молитва ни была: либо "Отче наш", молитва Господня, либо Иисусова молитва (которую мы совершаем или по крайней мере должны совершать непрестанно), либо другое молитвословие. Будет ли это частная, келейная молитва или богослужебная - смысл остается один и тот же.
Молитва Господня - это универсальное учение Господа нашего Иисуса Христа, именно из этого учения произошли все молитвословия Православной Церкви. Если бы какой-либо богослов начал анализировать наше богослужение, в любом богослужебном тексте он мог бы найти мысли и чувства, соответствующие тому, что заложено в молитве "Отче наш", так же, как в маленьком семени по роду какого-либо дерева или злака заложено будущее растение. Но этим не ограничивается учение Господа Иисуса Христа о молитве.
Преподав нам учение о тех настроениях, какие должен испытывать христианин, истинно верующий человек, ученик Христов во время молитвы, Спаситель научил нас и тому, как важно молиться непрестанно. И рече к ним: "Кто от вас имать друга, и идет к нему в полунощи, и речет ему: "Друже, даждь ми взаим три хлеба: понеже друг прииде с пути ко мне, и не имам чесо предложити ему" (Лк.11:5-6). Здесь под такой затруднительной ситуацией изображено наше положение. Допустим, мы попали в самую затруднительную, неудобную для молитвы жизненную или душевную ситуацию - когда Бог не должен бы нас слышать, хотя мы и почитаем Его своим Другом, надеемся на Него и обращаемся к Нему, - нечто подобное и изображено в этой притче: полночь, люди предаются сну и уже не хотят беспокоиться ни по какой причине. Но нужда все-таки заставляет нас обратиться к Богу, и мы прибегаем к Нему и просим, чтобы Он дал нам три хлеба. Под тремя хлебами можно подразумевать, конечно, и просто такое количество пищи, которое необходимо, чтобы с избытком насытить нашего друга. А если искать более глубокий, таинственный смысл, можно предположить, что три хлеба означают благодать, действующую от Пресвятой Троицы: с одной стороны, хлебов три и каждый имеет свой вкус, с другой - сущность их одинаковая, то есть все три хлеба - это благодать, Божественная энергия, Божественное действие, происходящее от всех трех Лиц Пресвятой Троицы.
Итак, чтобы для душевного утешения, для утоления душевного голода, который мы испытываем по обращении к вере, получить Божию помощь, мы вынуждены обратиться к Богу. Ведь друг мой с дороги пришел ко мне, то есть, как можно понимать, Господь посетил нас (под путем можно подразумевать путь ко спасению), и мы, начав испытывать духовный голод, обращаемся к Богу с молитвой для того, чтобы утешиться, насытиться Божественной благодатью вместе с нашим Другом, с Господом, явившимся нам в виде веры, в этом Своем действии. Под тремя просимыми хлебами, изображенными в притче, можно понимать и какую-то житейскую земную нужду, вообще жизненную нужду, когда на жизненном пути возникают такие обстоятельства, что мы нуждаемся в помощи Божией, но, казалось бы, в этот момент Бог нас слышать не может: ночь, мы погрузились во тьму греха, мы удалились от Бога и не имеем права ни на какое дерзновение. Но в то же время мы знаем, что это - единственный Друг, Который может нам помочь. И мы обращаемся к Нему, несмотря на то, что, может быть, и стыдимся, и боимся, но другого выхода у нас нет.
Но, как говорит притча, аще и не даст ему, востав, зане друг ему есть [т.е. мы уже не имеем права претендовать, надеяться на дружбу из-за наших грехов], но за безочство его, восстав, даст ему, елика требует (Лк.11:7-8). Ради нашей дерзости, ради нашей неотступности, твердости этот человек был бы вынужден (если такая ситуация случилась бы в жизни) встать и дать хлебы, чтобы от него отстали, потому что лучше таким простым способом избавиться от надоедливого человека, чем терпеть, пока он будет неотступно стучать. Вот и Господь призывает нас именно к такой дерзости. Не нужно думать, что мы должны проявлять подобную дерзость по отношению друг к другу - она необходима по отношению к Богу: просить, стучать, "надоедать" Богу нужно до тех пор, пока Он хоть не по дружбе (ее мы не достойны), но за безочство, за нашу дерзость, неотступность, не даст нам три хлеба и пока мы не насытим нашего друга - что бы ни понимать под этим словом - совесть нашу, веру или жизненную нужду.
И Аз вам глаголю: "Просите, и дастся вам" (Лк.11:9). Еще раз говорится о том, что в молитве необходимо просить неотступно. Если мы будем просить не утомляясь, то обязательно получим. "Ищите, и обрящете". Когда, казалось бы, все уже потеряно и мы даже не знаем, как вернуть благодать; поэтому в данном случае уместнее было сказать не "просите", а "ищите" то, что потеряно. И тогда мы обрящем. "Толцыте, и отверзется вам". Когда мы чувствуем перед собой как бы запертую дверь, преграду между нами и Богом, мы должны толкать, стучать, и эта преграда разрушится, и мы войдем в общение с Богом, как в некий чертог. "Всяк бо просяй приемлет" (Лк.11:10), то есть всякий просящий получает - неважно, добрый или злой, грешный или праведный, умный или простой, понимающий в молитве и начитанный в святых отцах или несведущий в этом; совершенно всякий, исполняющий эту заповедь Спасителя о молитве, обязательно будет услышан: и ищай обретает и толкущему отверзется.
Далее Спаситель взывает к нашему здравому смыслу. Мы имеем по большей части отрицательные впечатления от общения с Богом: мы, как нам кажется, много молимся, но не чувствуем никакого результата и часто, к сожалению, поддавшись ропоту, приписываем это не себе, не своим ошибкам и страстям, а Богу, Его якобы несправедливому отношению к нам. Поэтому Спаситель напоминает нам о том, что понятно всем людям, - о любви родителей к детям, еще раз напоминает нам, что Бог - это наш Отец. Которого же вас отца воспросит сын хлеба, еда камень подаст ему (Лк.11:11). Конечно, любящий отец, какой бы сын ни был непослушный и дерзкий, никогда не подаст ему вместо хлеба камень ...Или рыбы, еда в рыбы место змию подаст ему; или аще попросит яйца, еда подаст ему скорпию (Лк.11:12). Значит, Бог не может, когда мы просим у Него чего-то доброго, дать нам злое или дать нам камень - проявить некую жестокость, холодность, или тем паче вместо рыбы или яиц подать змею или скорпию, то есть причинить нам вред. Это абсурдно и невозможно, потому что если земные родители делают детям добро, то более будет творить его Бог - Отец, Родоначальник всего существующего, Который Сам является источником любви и вообще всякого добра.