Страница 25 из 60
материальным строем тварного мира, и с того
времени Бог стал сродни миру так, как раньше Он не
был.
Конечное исполнение этого — в
Вознесении Господа Иисуса Христа, когда мы видим
не только Человека (ибо Он — истинный человек
вовеки), сидящего одесную Славы, но всю
материальную сущность тварного мира в
сердцевине Божественной тайны.
Вот три примера, просто чтобы
подчеркнуть тот факт, что события, которые
Церковь нам представляет литургически, в
молитвах и последованиях служб, действительно
произошли в прошлом, но при этом остаются изо дня
в день, пока мир стоит, конкретной, сильной
реальностью настоящего времени. В этом смысле,
жить и понимать эти события изнутри,
провозглашать их и показывать все разнообразие и
богатство человеческих возможностей является
нашей задачей как христиан. Необходимо, чтобы эти
события нас преобразили, во-первых, участием в
них; во-вторых — пониманием, в-третьих —
возрастанием в близости к ним, ибо без этого они
останутся внешними фактами, чуждыми и не
касающимися нас.
Я хочу отметить некоторые характерные
черты богослужений, которые относятся к этим
событиям. Во-первых, литургическое действие, а в
особенности — таинство или такая служба, в
которой преображающая Божественная
деятельность бывает нам явлена, есть действие
всей Церкви. Литургическое действие есть нечто,
совершаемое Церковью видимой и невидимой; оно
касается Бога и людей, оно затрагивает вечность и
время. В таинствах оно пронизывает время
вечностью и так сплетает историю и эсхатологию,
что события прошлого переходят в настоящее, с
силой действуя в пределах времени, в котором мы
живем.
Не надо также забывать, что лаос,
народ Божий — нечто большее, чем нам часто
кажется. Народ Божий — не просто те люди, которые
слышали и читали, не те люди, которым было
откровение от пророка или Священного Писания.
Это те люди, которые через слово, сказанное или
написанное, получили личное познание, личный
опыт; это те люди, для которых слова оказались дверью к новому
опыту и познанию. Народ Божий — это не те, кто
имеет Библию; строго говоря, народ Божий — это те,
которые могли бы ее написать и провозгласить. Это
те люди, которые из глубины своего знания, своего
опытного познания Бога могут говорить о Нем так,
как говорит Священное Писание. Мы должны это
помнить, ибо мы призваны быть народом Божиим, и мы
не имеем права удовлетвориться частичным
исполнением нашего призвания. Новый Израиль
унаследовал не книгу, а опыт; Новый Израиль, то
есть Церковь, не унаследовал знание, а был
посвящен в знание. Столетиями дверью было слово
— слово сказанное и слово написанное; для Нового
же Израиля дверь к познанию Бога, к познанию дел и
путей Божиих есть Слово, и Христос назвал
Себя дверью (Ин.10,9).
Итак, литургическая постановка
праздника основана на современном,
непосредственном опыте того, о чем говорится;
богослужение не есть поэтическая разработка
воспоминаний о прошлых событиях, а участие изо
дня в день в событиях, которые вечно звучат и
властно действуют в мире. Это богослужение
включает видимую и невидимую Церковь, потому что
его корни в Боге; оно развивалось во всех
поколениях и должно нас захлестнуть, окружить,
иначе мы будем исключены именно из тех событий, о
которых богослужение говорит и которые оно
раскрывает.
II
В начале этой беседы я говорил, что
праздники, как решающие события в судьбе
человечества, мира, космоса, всегда вводят нас в
общение с Господом Иисусом Христом, Божией
Матерью и святыми, и что наше участие в различных
праздниках есть нечто более плодотворное, чем
чисто созерцательное богословское восприятие
данных событий.
Если мы будем думать о Воплощении или о
Сретении Господнем, о Воскресении или об
излиянии Святого Духа на апостолов, если мы будем
думать о житии и кончине святых отвлеченно, мы
никогда с событием не соприкоснемся. Созерцая
Господа и Богородицу, и всех тех, кто деятельным
образом стоит в центре этих событий, мы сами
должны стать как бы среди них, в непосредственной
близости к ним, подобно толпам людей в прошлом.
Я вам приведу пример. Иисус Назарянин,
осужденный Пилатом, преданный народом, покинутый
учениками, был выведен на смерть, на Голгофу. С
Него содрали одежду и пригвоздили Его ко кресту.
И еще двоих с Ним распяли, одного по правую
сторону, а другого по левую. У подножия креста
стояли Его Мать и любимый ученик Его, Иоанн, а на
некотором расстоянии — женщины, следовавшие за
Ним в течение всей Его проповеди. Около креста
были исполнители казни, палачи, римские солдаты,
а вокруг пестрела толпа людей, глубоко
разделенная сама в себе. Присутствовали при этом
первосвященники, книжники и фарисеи,
торжествующе глядящие, как Тот, Кто называл Себя
Сыном Божиим, умирал смертью преступника от рук
римских завоевателей; они смеялись, издевались,
торжествовали. В толпе также стояли многие, кто
получил от Христа благодать исцеления и
спасения; те, кто слушал Его с упованием, а равно
те, кто мнил, что Его слово — ложь, так как, будь
оно правда, они стояли бы осуждаемые своей жизнью
и пришлось бы им либо измениться, либо
погибнуть... Некоторые надеялись, что Он сойдет со
креста, чтобы они могли беззаботно веровать; а
другие надеялись, что Он не сойдет со креста,
чтобы они могли безопасно отвергнуть Его и Его
страшное учение об абсолютной любви и всецелом самозабвении...
Мы можем смотреть на эту сцену, как
смотришь на картину (таковых много и на Востоке, и
на Западе); но мы также можем спросить себя:
каково мое место? Оказываюсь ли я одним из
двух распятых разбойников? Или одним из воинов,
метающих жребий, чтобы унаследовать Его ризу? Или
я — одна из женщин, стоящих поодаль, дерзающих, но
беспомощных? Причастен ли я к тайне Матери,
Которая не говорит ни слова в защиту Сына,
Которая не молит о том, чтобы Ему избежать того,
ради чего Он пришел? Разделяю ли я тайну любимого
ученика? Где нахожусь я среди этой изменчивой
толпы, которая сначала кричала: Осанна! — а
спустя три дня после входа в Иерусалим вопила: Распни
Его! ? Таким образом можно подходить к каждому
празднику, спрашивая себя: где здесь мое место?
Какое суждение обо мне приносит мне этот
праздник? Спасение или погибель? И если не
спасение, то что мне надо сделать, чтобы
оказаться в царстве жизни, а не в царстве смерти?
Здесь хорошо будет подчеркнуть еще
одну сторону вопроса. В трагизме этих праздников
(например, Сретения Господня, Распятия, а также
Входа Господня в Иерусалим, когда в славе события
виднеется конечная оставленность Сына
Человеческого, Мужа страданий, о Котором говорит
пророк Исаия), когда мы сталкиваемся с этими
тайнами нашего спасения, мы не должны искать в
себе жалости ко Христу. Христос не только не
нуждается в ней, — Он отверг бы ее. Мы не должны
приносить жалости и Матери Божией у подножия
креста или в храме, куда Она принесла Своего
Первенца как кровавую жертву Богу. Нам нужно
учиться не переживанию, а состраданию; мы не
смеем сожалеть о судьбе Матери Божией или
распятого Христа; обретя дух Христов, дух Его
Матери, мы можем вместе с Ними страдать, но не Его
и не Ее страданием; это нам невозможно. Как всякое
чужое страдание, оно за пределами нашего опыта;
мы должны выстрадать свое собственное страдание
в единстве, в гармонии с Ним, с Нею.
Таков должен быть наш подход; мы должны
научиться скорби сострадания, мы должны понести
ее на себе; как обоюдоострый меч, эта скорбь все в
нас разделяет; она отделяет свет от тьмы, нового
Адама от старого, жизнь от смерти, она
разоблачает нас и ставит нас обнаженными лицом к
лицу с Живым Богом. Будем жить состраданием,
нашей собственной скорбью и болью, нашим
страданием, но не жалостью и не сожалением.
Затем есть праздники радости и победы;
но эти праздники радости и победы требуют от нас
особой, вдумчивой подготовки. Мы не можем войти в
победу Божию, в победу Божией Матери, мы не можем
войти в победу святых, вошедших в вечность узкими
вратами и проливших кровь свою, чтобы стяжать
Духа Святого, — мы не можем войти в эти события
легкомысленно: чтобы мы могли разделить эту
радость, в нас должно найтись нечто родственное
тем событиям, которые мы воспеваем и прославляем.
Иначе мы
уподобимся — и это случается, и случается часто
— тем, кто предоставляет Христу понести крест,
ожидая, что они унаследуют воскресение.
Смотрите, что произошло на пути в