Беляков Александр

Правда ли, что история не сохранила сведений, хотя бы косвенных, о Туринской Плащанице до XIV века? Дает ли нам радиоуглеродный анализ 1988 года правильную оценку ее возраста?

Если мы обратимся к церковному преданию Православной Церкви, то обнаружим недвусмысленные свидетельства XI-XII веков о том, что Св. Плащаница хранилась в Константинополе в храме Святой Софии и что она выставлялась для поклонения на Страстной Неделе. И вдруг она бесследно исчезает из Константинополя во время взятия города крестоносцами в 1204 году. Один французский рыцарь, участвовавший в этом походе, записал в своих воспоминаниях, что он сам лично видел Св. Плащаницу в храме, но дальнейшая ее судьба ни ему, ни кому-либо другому неизвестна. Если Плащаница, как и многие другие святыни, была захвачена крестоносцами и увезена в Западную Европу, то имеются ли этому подтверждения, и где она могла скрываться сто пятьдесят лет?

Многие историки не без основания считают, что Плащаница все это время хранилась у тамплиеров (христианский военизированный орден, основанный в XII веке). Доктор Ian Wilson обратил внимание на одно странное совпадение. Глава ордена тамплиеров Нормандии, казненный во время гонения на орден королем Франции Филиппом в 1314 году, носил то же самое имя - Geoffrey de Charny, - что и первый официальный обладатель Туринской Плащаницы. Надо заметить, что в крестовом походе 1204 года на Константинополь, участвовали рыцари из Италии, Франции и Нормандии. О тамплиерах было известно, что они поклоняются некой таинственной голове с рыжей бородой. Следует иметь в виду, что изображение на Туринской Плащанице имеет цвет ожога, какой может оставить утюг на белой скатерти - желтовато-бурый. Во время гонения на орден тамплиеров эта "голова" бесследно исчезла.

Уже в наше время, в 1951 году, в Англии при реставрации одного здания, о котором доподлинно было известно, что оно раньше принадлежало тамплиерам, было обнаружено изображение этой таинственной головы. Под штукатуркой на потолке нашли доску с изображением лика, очень похожего на образ с Туринской Плащаницы. Эта доска по своим размерам могла служить крышкой деревянного ковчега, в котором тамплиеры хранили Плащаницу. Можно предположить, что Geoffrey de Charny "тамплиер" был родственником Geoffrey de Charny "второму" и во время гонения на орден он передал ему на хранение ту Св. Плащаницу, которая была захвачена в Константинополе сто пятьдесят лет тому назад. Тогда становится понятным затруднение Geoffrey de Charny "второго" объяснить тайну приобретения им Плащаницы - прошло всего сорок лет после казни тамплиеров, и они продолжали оставаться вне закона.

Плащанице из храма Святой Софии в Константинополе. Это переносит нас в православный мир, где широко почитаются иконы, и где мы рассчитываем обнаружить подробную историю Св. Плащаницы. Однако мы будем удивлены почти полным отсутствием сведений о Св. Плащанице. Зато в Византии хорошо известна и очень почитаема другая святыня - "Нерукотворный Спас" или, по-гречески, Mandylion (от арабского "плат") из Едессы. В русском языке за ней закрепилось название "Убрус".

Св. Плащаница, напротив, появилась в Константинополе незаметным образом. Известно, что Св. Плащаница стала выставляться в храме на Страстной Неделе в XI-XII веках до своего исчезновения. До последнего времени считалось, что это две совершенно разные святыни. Одна была размером с плат, другая имела длину покрывала. На одной изображен лик, на другой - все тело. На Mandylion, полагали, изображен в цвете лик живого Иисуса Христа с открытыми глазами, о характере изображения которого мы можем сейчас судить по иконам "Нерукотворного Спаса". Однако, внимательно изучив исторические сведения о Mandylion, д-р Wilson и другие ученые пришли к выводу, что Туринская Плащаница и Mandylion, или Убрус, - это один и тот же предмет, но в разные моменты своей истории.

Впечатления императора Константина о Mandylion из Едессы сохранил для истории царский писарь. В 944 году Константин, будучи еще мальчиком, в узком кругу, при свечах, разглядывал развернутый Mandylion. Главной неожиданностью для него было то, что образ оказался монохромным, а не цветным, как он предполагал. Изображение оказалось довольно нечетким, так что некоторые вообще не могли ничего увидеть. Однако, отойдя на несколько шагов от Mandylion, можно было различить лик Спасителя. Архидиакон храма Святой Софии Георгий в своих воспоминаниях свидетельствует, что на Mandylion имелись следы от крови и от раны в боку Спасителя. Григорий высказал предположение, что нерукотворный образ возник, буквально, "из-за испарины смерти на лице Спасителя". В одном манускрипте XII века было обнаружено изображение, иллюстрирующее поклонение императора перед развернутым Святым Mandylion. Замечательно то, что размеры этого Mandylion соотносимы с размерами Туринской Плащаницы: его держат два человека, чтобы он не касался земли. Историкам Византии хорошо было известно, что Mandylion из Едессы называли и другим греческим именем - tetradiplon. Значение этого слова -"сложенный четыре раза" - было неясным. Если же мы обратимся к Туринской Плащанице, то станет понятен смысл этого названия.

Именно в сложенном состоянии, к тому же под окладом, Плащаница хранилась в Едессе. Поэтому "Нерукотворный Образ" из Едессы был известен именно как образ одного лишь лика Спасителя, и именно как нерукотворный образ лика он попадает в Константинополь. Только спустя некоторое время было осознано, что Mandylion есть погребальное покрывало Иисуса Христа. Тогда, в XI веке, его стали выставлять для поклонения на Страстную Неделю. Именно тогда в Православной Церкви сложился чин поклонения Св. Плащанице на Страстную Неделю, чин, который совершенно отсутствует в католической церкви, потому что к этому времени связи с западным христианством были прерваны.

Если дело обстояло так, как предполагают историки Туринской Плащаницы, если Туринская Плащаница и православный "Нерукотворный Образ" из Едессы - один и тот же предмет, то мы можем проследить историю Плащаницы вплоть до 525 года, когда святой Mandylion был обретен спрятанным в стенной нише над городскими вратами в городе Едесса на севере Месопотамии (современный г. Урфа, Турция). Это событие радикальным образом повлияло на канон изображения Господа Иисуса Христа. Дело в том, что до VI века Иисуса Христа изображали круглолицым, без бороды и с короткими волосами, наподобие императоров или греческих богов. Ученые находят более двадцати признаков, по которым можно отождествить образ на иконах "Нерукотворного Спаса", списанных с Mandylion, и образ на Туринской Плащанице. Имеются признаки, по которым можно судить, что копии делались именно с Туринской Плащаницы. Так, грубая структура нитей на ткани Плащаницы в области между бровей и струйка крови посреди лба привели к возникновению характерных черт, которые можно обнаружить на иконах "Нерукотворного Спаса".

Если образ на Плащанице формировался, когда она облекала собой тело, то при разворачивании ее в плоскость он должен был слегка исказиться, должна была возникнуть обратная перспектива. Такую обратную перспективу и обнаружили на Туринской Плащанице. Не берет ли свое начало обратная перспектива, принятая в иконописи в Православной Церкви, также от образа на Туринской Плащанице?

Каким же образом Плащаница или Mandylion попадает в Едессу? Об этом нам повествует легенда о царе Абгаре V, правителе Едессы, современнике Иисуса Христа. Первая версия этой легенды принадлежит источнику IV века, то есть до времени обретения Плащаницы в Едессе. Эта легенда повествует о том, что царь Абгарь послал своего слугу к Иисусу с просьбой об исцелении. Слуга был царским секретарем и одновременно художником. Он и запечатлел образ Спасителя на плате.

Еще более поздняя версия этой легенды, уже XI века, для объяснения того, что на Плащанице запечатлено все тело Спасителя, говорит о том, что в Гефсимании Иисус лег на полотно всем телом.

Историки считают, что легенда о царе Абгаре V содержит лишь косвенные сведения об истории Mandylion, или Плащаницы, и говорит лишь о том, что "Нерукотворный Образ" появился в Едессе при царе, симпатизирующем христианству. Таким царем был Абгар VIII, правивший Едессой в III веке, и сделавший ее первым христианским городом. Видимо тогда, в III веке, Плащаница из Палестины попадает в Едессу. Однако сын Абгара VIII обратился к язычеству, следствием чего и стало захоронение Плащаницы, которая была обретена спустя двести пятьдесят лет в 525 году.

О том, что Плащаница существовала и раньше, что она не погибла при Понтии Пилате, мы узнаем из апокрифов второго века - "Евангелие от Евреев" и "Тайны деяний Спасителя", а также из повествования четвертого века о святой равноапостольной Нине, просветительнице Грузии. Таким образом, историю Плащаницы, хотя и пунктирно, удается восстановить вплоть до дней Иисуса Христа.