Страница 3 из 3
И вот 27 августа Корнилов официально оповестил управляющего военным министерством о том, что намерен сосредоточить военные части в окрестности Петрограда. Заметим – оповестил, то есть речь уж никак не идет о военном перевороте. Складывается впечатление, что Корнилов выполнял распоряжение правительства. Оно еще больше усиливается после ознакомления с текстом телеграммы, которая 27 августа была послана генералом Лукомским премьеру Керенскому: "Приезд Савинкова и Львова, сделавших предложение генералу Корнилову в том числе от Вашего имени, заставил ген. Корнилова принять окончательное решение и, идя согласно с Вашим предложением, отдать окончательные распоряжения, отменять которые теперь уже поздно". То есть Корнилов действовал не самочинно, а согласно предложениям самого Керенского.
И, тем не менее, Керенский объявил Корнилова мятежником и авантюристом. В ответ оскорбленный Корнилов заявил о неподчинении правительству. Он заручился поддержкой командующих фронтами и попытался решить вопрос силой оружия. Однако его действия были сорваны усилиями сторонников Советов в армии – большевиками, меньшевиками и эсерами. Указанные силы образовали единый революционно-демократический фронт, которые и спас Керенского. В результате особую популярность приобрели большевики. После событий 5 июля, когда большевики устроили массовые беспорядки в Петрограде, их партия находилась практически на нелегальном положении. Однако после ликвидации "корниловского путча" большевики были полностью реабилитированы. Более того, началась большевизация Советов. На позиции Ленина и его клики перешли крупнейший Советы – Петроградский и Московский.
Так что же заставило Керенского в самый последний момент отменить уже достигнутые с Корниловым договоренности? Очевидно, что имело место вмешательство некоей внешней силы, которая очень много значила для Керенского. И таковой силой были западные демократии, от которых "временные" зависели капитально. Он не мог пойти против воли своих европейских покровителей, которые не хотели усиления нашей страны. Ведь с сильной Россией пришлось бы делиться плодами победы над Германией, отдать проливы и т. д. Этого "союзничкам" очень не хотелось, в русских они видели всего лишь пушечное мясо. А это "мясо" могло исправно поставлять и слабое правительство, погрязшее в революционной демагогии. Оно не победило бы немцев, но закидало бы их трупами, обеспечив победу Англии и Франции. Россию же, окончательно расстроенную кровопролитной войной, элементарно оттерли бы от дележа послевоенного пирога, как это, например, сделали с Италией.
Конечно, Запад очень даже активно заигрывал с Корниловым, делая вид, что поддерживает его программу – западные стратеги никогда не кладут все яйца в одну и ту же корзину. Но в решительный момент они никакой реальной поддержки Корнилову не оказали.
Германии сильное российское правительство (хоть монархическое, хоть либеральное) тоже не было нужно – по вполне понятным причинам. Таким образом, страны Антанты и Центральной Европы сошлись на одном и том же решении – поддержать интернационал-социалистов в противовес национал-либералам. Они вступили друг с другом в некую сложную игру, в которой каждая их сторон намеревались переиграть своего партнера. И одним из следствий этой игры стало создание единого фронта революционной демократии, объединившего как проантантовских социалистов (эсеро-меньшевиков: Чхеидзе, Гоца, Либера, Дана и др.), так и прогерманских большевиков-ленинцев. Именно этот фронт и осуществит Октябрьский переворот – при содействии предателей из окружения Керенского.
Кто подставил душку Керенского?
В решающий момент эсеры и меньшевики выступили заодно с большевиками, поставив Керенского в положение политической изоляции. Упомянутый выше Предпарламент, контролируемый "умеренными социалистами", сделал 25 октября Керенскому ультиматум, потребовав реализацию лозунга "Мир – народам!". Именно позиция эсеров и меньшевиков не позволила Временному правительству мобилизовать из воинских частей Петрограда тех социалистов, которые были недовольны большевиками.
Оставалась, правда, надежда на то, что удастся снять военные части с Северного фронта и бросить их в столицу – на подавление большевистского мятежа. И Керенский отдал соответствующий приказ командующему фронтом В. Черемисову. Ему было предписано направить в Петроград три казачьих полка. Но приказ так и не был выполнен. Причиной тому послужило назначение на пост особоуполномоченного по наведению порядка в Питере кадета Н. Кишкина. Черемисов прокомментировал это назначение в том духе, что войска все равно не будут подчиняться кадету, поэтому их посылка не имеет смысла. И Черемисов был действительно прав – новое назначение ставило крест на всех инициативах по переброске военных сил – очень уж непопулярны были кадеты. Но все дело в том, что решение назначить Кишкина произошло на последнем заседании правительства, которое состоялось без участия Керенского. И произошло оно, судя по всему, против его воли.
Керенского подставили лица из его окружения – примерно так же, как он в свое время подставил Корнилова. Снова чувствуется присутствие какой-то невидимой руки, которая парализовывала деятельность органов власти. И тут снова на ум приходят западные демократии.
Запад, что "германский", что "антантовский" охотно раздувал революцию в России, думая использовать ее ослабление в своих целях. Но он сильно просчитался. Россия прошла тяжелейший путь революционной Смуты, но Западу так и не досталась.
Правая.Ru 2.11.2007
http://www.pravaya.ru/look/14133